На улице нашей любви читать онлайн

– Принимаю это как подтверждение своей правоты.

Прежде чем я успела придумать хлесткий ответ, который убил бы его на месте, он повернулся и был таков.

Мысленно я поклялась, что при следующей встрече последнее слово останется за мной.

Глава 4

Лине, героине моего романа в жанре фэнтези, отважной девушке-киллеру из королевства Морвен, предстояло убрать лейтенанта королевской гвардии, Арвена. Этот злокозненный маг вошел в тайные сношения с племянником королевы и, используя свое влияние и магическую силу, рассчитывал захватить политическую власть в королевстве. Но вместо того, чтобы разрабатывать план предстоящей операции, Лина предалась фантазиям, в которых Тен, командир королевской охраны, фигурировал полностью обнаженным. Кстати, Тен, который на протяжении первых пяти глав был блондином, почему-то превратился в брюнета с голубыми глазами. Мало этого, он норовил превратиться в героя-любовника. Но изначально предполагалось, что никаких героев-любовников в этой истории не будет. Лина прекрасно без них обойдется.

Досадуя и на себя, и на свою непослушную героиню, я отодвинула ноутбук.

Какая все-таки зараза этот Брэден! Он ухитрился отравить своим сексуальным ядом даже мою будущую книгу.

Похоже, моя история сегодня забуксовала. Значит, надо сделать перерыв. Возвращаясь после занятий в университете, Элли обычно приносила еду из китайского ресторана. Будет неплохо, если я заранее подготовлюсь к атаке калорий и проведу часок в спортзале, что расположен на углу Квин-стрит. Не то чтобы я особенно тряслась над своей фигурой, но занятия спортом вошли у меня в привычку еще в школе. Очень полезная привычка, надо признать. Честно говоря, я обожаю чипсы, или крипсы, как называют их в Шотландии. То, что эти восхитительные хрустики несут угрозу фигуре, не может поколебать моей страсти к ним. Можно смело сказать, что чипсы – это единственная любовь моей жизни.

Так что сегодняшнюю творческую неудачу я выместила на неповинных тренажерах, терзая их до тех пор, пока тело не превратилось в потную массу. Тренировка помогла расслабиться и снова включить мозги. В воображении возник какой-то смутный образ, постепенно приобретающий все более отчетливые очертания, образ, не желавший оставить меня в покое. Наверное, эта новая героиня оказалась такой настырной, потому что походила на меня. Тоже одинокая и независимая. Но в отличие от меня она выросла в Шотландии, в приемной семье, потом перебралась в США, рассчитывая заработать денег, и влюбилась по уши.

В общем, история моей мамы. Счастливая история, если бы не трагический конец. Но читатели обожают трагические концы. И мою героиню они тоже полюбят. Мама была непосредственна, иногда резковата, но добра и великодушна. Папа влюбился в нее с первого взгляда, но ему потребовалось полгода, чтобы сломать защитные укрепления, которыми она себя окружила. Их любовь стала настоящей романтической поэмой. Раньше у меня не было ни малейшего желания писать любовные романы, но теперь мысль увековечить на страницах книги моих родителей увлекала меня все сильнее. Вспышки воспоминаний, которые я прежде подавляла усилием воли, вырвались из-под спуда и закружились у меня перед глазами, вынуждая реальность исчезнуть. Из спортзала я перенеслась в кухню нашего дома, я видела, как мама моет посуду в раковине. Она всегда мыла посуду сама, потому что не доверяла посудомоечной машине. Папа тихонько подошел к ней сзади, обнял за талию и что-то зашептал на ухо. Она повернулась к нему и откинула голову, принимая поцелуй. Еще одна вспышка – и я слышу хлопанье дверей и крики. Родители только что вернулись с какой-то вечеринки, и теперь папа гоняется за мамой по всему дому, я умираю от любопытства, а моя няня трясется от страха. Мама кричит, что папа – взбесившийся альфа-самец. Папа в ответ орет, что он не позволит всяким нахальным негодяям флиртовать с его женой прямо перед его носом. Она просто немного поболтала со своим сослуживцем, возражает мама. И уж конечно, не давала мужу повода набрасываться на молодого человека с кулаками.

– Да я сам видел, как он лапал тебя за задницу! – рычит папа.

Я ушам своим не верю. Неужели кто-то решился лапать маму за задницу на глазах у папы? Совсем из ума выжил.

– Я быстренько поставила его на место, – заявляет мама.

– Быстренько? Как бы не так! Прошла целая вечность, прежде чем ты стряхнула его паршивую руку! Ты с ним больше не работаешь!

Скандал стремительно набирает обороты, и несчастная приходящая няня решает унести ноги, не дождавшись расчета. А мне ни капельки не страшно. Я знаю, родители всегда буйно выясняют отношения. А потом буря утихает сама собой. Так происходит и на этот раз. Папа соглашается, что погорячился, но настаивает на том, что мама не должна работать в обществе молодого нахала, любителя женских задниц. Он так упорствует, что мама в конце концов идет на уступку. Она признает, что гаденыш действительно к ней неравнодушен – думаю, для пресловутого сослуживца это стало бы новостью, – и обещает перейти в другую фирму. Мама любит повторять, что брак держится на компромиссах. Сегодня уступит она, завтра настанет очередь папы.

Воспоминания так отчетливы, почти осязаемы. Я видела золотые искорки в маминых ореховых глазах, ощущала запах папиной туалетной воды. Папа обнимал меня за плечи, а мамины руки касались моих волос.

В груди стало жарко, и я замерла на велотренажере. Окружающий мир возвращался, но лишь как бессмысленный хаос оттенков и звуков. Кровь стучала в ушах, сердце колотилось так быстро, что трудно было дышать. Колено пронзила боль, но я не обратила на это внимания. Чьи-то сильные руки сняли меня с тренажера и поставили на ноги.

– Сосредоточьтесь на дыхании, – донесся до меня успокаивающий голос.

Вцепившись в этот голос, как в спасательный круг, я вынырнула из омута паники. Дышать стало легче, туман перед глазами развеялся.

Наконец в голове прояснилось, и легкие заработали как полагается. Все еще дрожа от избытка адреналина, я обернулась к человеку, пришедшему мне на помощь. Высокий крепкий парень, темные глаза смотрят с сочувствием, руки все еще сжимают мое предплечье.

– Вам лучше?

Я кивнула. Прочие посетители с любопытством смотрели на нас со своих тренажеров, и на меня нахлынула волна смущения.

– Спасибо, – пробормотала я, мягко избавляясь от его поддержки.

– Не за что, – покачал он головой. – Хорошо, что мне удалось вас подхватить, прежде чем вы рухнули с тренажера. Вашему колену достался хороший удар педалью, наверняка будет синяк.

Я посмотрела на свои ноги и тут же почувствовала боль в колене.

– Ничего страшного, – сказала я, пытаясь его согнуть и разогнуть.

– Кстати, меня зовут Гэвин, – представился парень и протянул мне руку, которую я вяло пожала.

На меня вдруг навалилась усталость.

– А меня Джосс. И я очень, очень вам признательна.

Гэвин нахмурился. Про себя я отметила, что он очень даже симпатичный – особенно если нравятся крепко сбитые парни с избыточно развитой мускулатурой. Так называемый спортивный тип. К тому же блондин.

– Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? – спросил он. – Приступ начался так внезапно.

Я молча кивнула. Распространяться о причинах, вызвавших приступ удушья, у меня не было желания.

– Нет-нет, теперь все прошло. Просто неделя выдалась напряженной, и… В общем, еще раз огромное вам спасибо. Думаю, сейчас мне лучше отправиться домой.

– Я видел вас много раз, – сообщил он с улыбкой. – Я ведь работаю здесь персональным тренером.

Ну и что дальше?

– Здорово, – сказала я.

Он неопределенно ухмыльнулся:

– Так что меня всегда можно найти. Если вам что-нибудь понадобится.

– Буду иметь в виду. Всего наилучшего.

Я неуклюже помахала на прощание и побрела в раздевалку.

Внутренний голос подсказывал мне, что книга о моих родителях никогда не будет написана.

* * *

Домой я вернулась раньше Элли. Страх, что приступ удушья повторится, не давал мне усидеть на месте, заставляя придумывать себе дела. Подобных приступов у меня не было несколько лет. Я отправилась на кухню и принялась вынимать тарелки из посудомоечной машины, пытаясь при этом думать о событиях, происходящих в моем романе. То, что случилось в спортзале, надо просто выбросить из головы.

Вскоре мне и правда удалось забыть о приступе. Но, увы, не благодаря королевству Морвен и его обитателям.

Моими мыслями вновь завладел проклятый Брэден.

Открыв ящик для столовых приборов, я обнаружила множество всякого хлама, которому было там вовсе не место. Итак, следующее задание в моем списке: навести порядок в кухне. В ящике для ножей и вилок валялось черт знает что – нитки, иголки, клей, скотч, фотоаппарат и фотографии. На одной красовался Брэден. Опершись на перила, он смотрел на воду. День был солнечный, Брэден щурился на камеру, уголки его рта были чуть приподняты в улыбке.

Стоило мне увидеть эту улыбку, я сразу вспомнила смех Брэдена, который звучал у меня в ушах все четыре дня, прошедшие с нашей последней встречи в баре. Совершенно того не желая, я представила его обнаженный торс. Представила, как прикасаюсь к нему сначала пальцами, потом всем телом. Я избегаю сексуальных приключений, но это вовсе не означает, что я совсем бесчувственная. У меня есть заветная коробка из-под обуви, где хранится вибратор и прочие причиндалы, которые я пускаю в ход, когда на меня накатывает соответствующее настроение. Но с тех пор как я встретила Брэдена, настроение у меня все время соответствующее. Что греха таить, эротические фантазии посещают меня с удручающей регулярностью.

Честно признаюсь, мне случалось просыпаться в чужой постели и обнаруживать, что справа лежит один незнакомый парень, а слева – другой. Стоит вспомнить, какой мерзкий привкус оставляют подобные приключения, и желание обогатить свой сексуальный опыт развеивается как дым.

Не понимаю, чем этот тип меня приворожил. Ведь мы с ним едва знакомы.

Входная дверь хлопнула, заставив меня отогнать навязчивый образ Брэдена. Я схватила чайник и принялась наполнять его водой.

– Привет! – радостно завопила Элли.

Она ворвалась в кухню и принесла с собой запах китайской еды, заставивший мой желудок заурчать от голода.

– Как прошел день? – спросила она и бросила на стол коробку из ресторана, которую я немедленно начала распаковывать.

– Прекрасно, – сообщила я, жуя жареную креветку.

Наконец мы с Элли уселись за стол, напротив друг друга, и Элли вперила в меня любопытный взгляд.

– Вид у тебя какой-то невеселый, – заметила Элли.

Это потому, что у меня нет ни малейших поводов для веселья. В спортзале со мной случился приступ на виду у толпы зевак. А твой ненаглядный братец, сексуально озабоченный сукин сын, не дает мне покоя, порождая в голове самые дикие фантазии. Я все время в возбуждении, я постоянно думаю о сексе, и это мне не нравится.

– Сегодня я пыталась писать роман, а это не слишком веселое занятие.

– Правда? Мне-то приходится писать только научные отчеты. И я совершенно не представляю, что чувствуешь, когда сочиняешь роман.

– Что чувствуешь? Главным образом досаду и разочарование. В общем, ничего приятного.

Мы немного помолчали. Я заметила, что Элли, похоже, чем-то озабочена.

– А ты хорошо провела день?

Она вяло улыбнулась, подцепила палочками немного риса под соусом карри, прожевала и кивнула.

– Знаешь, я начинаю понимать, что учиться в аспирантуре не так просто.

– Да, за четыре года радости студенческой жизни успевают здорово поднадоесть.

– Точно, – согласилась Элли и снова смолкла, сосредоточенно изучая поверхность стола. – Слушай… а как тебе понравился Адам? – выпалила она без всякого перехода.

Сразу видно, чтобы задать этот вопрос, ей пришлось побороть застенчивость. Надо же, я оказалась права, между ними действительно что-то есть.

– Мы ведь с ним и двух слов не сказали, – пожала плечами я. – Но он симпатичный. Приветливый.

Глаза Элли подернулись мечтательной дымкой. Самой настоящей. Нечто подобное я видела только в кино. Кстати, там актрисе эта самая мечтательная дымка не слишком удалась.

– Адам – чудесный парень. Они с Брэденом дружат целую вечность. Всех других мальчишек Брэден от меня отпугивал. Кроме Адама. – Элли залилась румянцем. – Когда я была девчонкой, ходила за ним по пятам.

Сама не знаю, кой черт меня дернул спросить:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16