На 50 оттенков темнее читать онлайн

— Вы неожиданны, как всегда, мисс Стил. — Откинувшись назад, он глядит на меня; в его глазах пляшут смешинки. — Так ты приглашаешь меня к себе? Или я поеду, чтобы реализовать демократическое право американского гражданина, предпринимателя и потребителя на покупку всего, что взбредет мне в голову?
— Ты говорил об этом с доктором Флинном?
Он смеется.
— Так ты пустишь меня к себе или нет?
Я хмурю брови и кусаю губу — но потом улыбаюсь и отпираю дверь. Кристиан оборачивается и машет рукой Тейлору. «Ауди» уезжает.
Как странно видеть Кристиана Грея в моем жилище. Мне кажется, что ему тут тесно.
Я все еще зла — его активность не знает границ. Теперь я понимаю, откуда он знал, что моя почта в SIP просматривается. Впрочем, он знает о SIP больше моего. Эта мысль меня не радует.
Что я могу сделать? Зачем ему понадобилось меня опекать? Слава богу, я взрослый человек — ну, типа того. Как убедить его в этом?
Я гляжу на его лицо, пока он расхаживает по комнате, словно тигр в клетке. И моя злость проходит. Мне радостно видеть его здесь, у меня дома, ведь еще вчера я думала, что мы разбежались навсегда. Да что там — радостно! Я люблю его, и мое сердце наполняется восторгом. Он оглядывает комнату, оценивая мою среду обитания.
— Приятная квартирка.
— Ее купили для Кейт родители.
Он рассеянно кивает, его самоуверенный взгляд устремлен на меня.
— Э-э… хочешь чего-нибудь выпить? — бормочу я, зардевшись и нервничая.
— Нет, спасибо, Анастейша. — Его глаза темнеют.
Почему я так нервничаю?
— Чем ты хочешь заняться, Анастейша? — тихо спрашивает он, направляясь ко мне — дикий, неприрученный тигр. И тихо добавляет: — Я-то знаю, чего хочу.
Я пячусь и пячусь, пока не упираюсь в кухонный островок.
— Все-таки я сердита на тебя.
— Знаю.
Он улыбается, криво и виновато, и я таю… Ну, может, не совсем таю, но несколько смягчаюсь.
— Хочешь есть? — спрашиваю.
Он медленно кивает.
— Да. Тебя, — мурлычет Кристиан.
Все, что лежит к югу от моей талии, то есть ниже ее, заходится в сладкой истоме. Меня совращает уже один его голос, а уж если к этому добавить взгляд, голодный, жадный — хочу-тебя-немедленно… — о боже!
Он стоит передо мной, не касаясь, и смотрит с высоты своего роста мне в глаза. Я купаюсь в жаре, исходящем от его тела. Я вся горю, не чую под собой ног, я опьянела от темного желания, наполнившего мое тело. Я хочу его.
— Ты ела сегодня что-нибудь? — бормочет он.
— Сэндвич во время ланча, — шепчу я. Мне не хочется говорить сейчас о еде.
Он щурится.
— Надо есть.
— Я, честное слово, не хочу сейчас… есть.
— Чего же вы хотите, мисс Стил?
— Вероятно, вы догадываетесь, мистер Грей.
Он наклоняется, и я опять думаю, что он меня поцелует. Но нет.
— Хочешь, чтобы я поцеловал тебя, Анастейша? — шепчет он мне на ухо.
— Да, — на выдохе говорю я.
— Куда?
— Везде.
— Говори конкретнее. Я уже сказал, что не дотронусь до тебя, пока ты не попросишь меня об этом и не скажешь, что я должен делать.
Я растерялась; это нечестная игра с его стороны.
— Пожалуйста, — шепчу я.
— Пожалуйста — что?
— Трогай меня.
— Где, малышка?
Он стоит так соблазнительно близко, его запах сводит меня с ума. Я протягиваю руку, и он тут же отступает назад.
— Нет, нет! — В его глазах внезапно появляется тревога.
— Что? — «Нет… вернись…»
— Нет. — Он качает головой.
— Совсем? — Я не могу убрать тоску из голоса.
Он неуверенно смотрит на меня, и я, осмелев от его колебаний, шагаю к нему. Он отступает, выставив перед собой руки, как бы для защиты. Но улыбается.
— Смотри, Ана. — Это предостережение, и он с отчаяньем приглаживает волосы.
— Иногда ведь ты не против, — жалобно напоминаю я. — Может, я найду маркер, и мы отметим те места, которые не надо трогать?
Он поднимает брови.
— Идея интересная. Где твоя спальня?
Я киваю в сторону моей комнаты. Он нарочно меняет тему?
— Ты приняла таблетку?
Ох, блин! Таблетка!
При виде моей растерянности он мрачнеет.
— Нет, — лепечу я.
— Ясно, — говорит он и плотно сжимает губы. — Ладно, давай что-нибудь поедим.
— Я думала, что мы ляжем в постель! Я хочу!
— Знаю, малышка. — Он улыбается и внезапно бросается ко мне, хватает за запястья, обнимает, прижимается ко мне всем телом.
— Тебе надо поесть, да и мне тоже, — бормочет он, пожирая меня горящими глазами. — К тому же предвкушение — ключ к соблазнению, и сейчас я наслаждаюсь отложенным удовлетворением.
Хм, с каких это пор?
— Я уже соблазнилась и хочу получить удовлетворение немедленно. Ну, пожалуйста. — Мой голос звучит жалобно.
Он нежно улыбается.
— Ешь. Ты слишком худенькая. — Он целует меня в лоб и разжимает руки.
Значит, это игра, часть какого-то коварного плана. Я смотрю на него исподлобья.
— Я уже и так злюсь на тебя за приобретение издательства, а теперь к этому добавляется то, что ты заставляешь меня ждать, — бурчу я, надув губы.
— Маленькая, злая мадам, ты подобреешь, когда хорошенько поешь.
— Я знаю, после чего я подобрею.
— Анастейша Стил, я шокирован. — В его тоне звучит легкая насмешка.
— Перестань меня дразнить. Это нечестно.
Он подавляет усмешку, закусив нижнюю губу. А выглядит просто умопомрачительно… игривый Кристиан, манипулирующий моим либидо. Будь я более опытной соблазнительницей, я бы знала, что делать. Но сейчас меня бесит, что я не могу к нему прикоснуться.
Моя внутренняя богиня щурит глаза и задумывается. Нам нужно над этим поразмыслить.
Пока мы с Кристианом глядим друг на друга (я — распаленно, с досадой и мольбой, а он — со спокойной улыбкой), я вспоминаю, что в доме нет ни крошки еды.
— Я могу что-нибудь приготовить — вот только нам придется купить…
— Купить?
— Да, что-нибудь.
— У тебя тут вообще нет ничего? — ужасается он.
Я качаю головой. Ни фига себе, похоже, он рассердился.
— Тогда пошли в супермаркет. — Он резко поворачивается, идет к двери и распахивает ее передо мной.
— Когда ты в последний раз был в супермаркете?
Кристиан выглядит здесь пришельцем из иных миров, но послушно следует за мной с металлической корзинкой.
— Не помню.
— Продукты покупает миссис Джонс?
— Кажется, ей помогает Тейлор. Но я точно не помню.
— Тебе нравятся блюда, которые жарят с перемешиванием? Их быстро готовить.
— Жарение с перемешиванием? Соблазнительная штука.
Кристиан усмехается. Несомненно, он разгадал мое желание поскорее закончить с едой.
— Они давно у тебя служат?
— Тейлор — четыре года вроде бы. Миссис Джонс — тоже около того. Почему у тебя дома шаром покати?
— Ты знаешь почему, — смущенно бормочу я.
— Это ведь ты ушла от меня, — неодобрительно напоминает он.
— Знаю, — неохотно отвечаю я.
Мы подходим к кассам и молча стоим в очереди.
«Если бы я не ушла, предложил бы он мне „ванильную“ альтернативу?» — праздно гадаю я.
— Что мы будем пить? У тебя найдется что-нибудь? — Его вопрос возвращает меня к реальности.
— Пиво… вроде…
— Я куплю вина.
Бог ты мой, я не уверена, что в супермаркете «У Эрни» найдется приличное вино. Кристиан возвращается с пустыми руками и недовольной гримасой.
— Хорошее вино продается тут рядом, — быстро говорю я.
— Посмотрим, что у них есть.
Может, надо было поехать сразу к нему; мы бы обошлись без всей этой возни. Стремительно, с природной грацией он идет к выходу. Какие-то две женщины, остолбенев, таращатся на него. Да, да, таращатся на моего Грея!.. Внутри меня все бурлит от злости.
Мне хочется скорее оказаться с ним в постели, но он ускользает от меня. Может, и мне надо вести себя так же? Моя внутренняя богиня бурно поддерживает меня. Пока я стою в кассу, у нас с ней возникает план. Хмм…
Мы возвращаемся домой с покупками. Кристиан тащит сумки. Как это непривычно и как он не похож на самого себя — большого босса.
— Ты выглядишь совсем… одомашненным.
— До сих пор никто не обвинял меня в этом, — сухо отвечает он и ставит сумки на кухонный островок.
Я выкладываю продукты. Он достает бутылку вина и оглядывается в поисках штопора.
— Я здесь недавно и не все знаю. Возможно, штопор лежит вон в том ящике.
Казалось бы, все нормально. Два человека познакомились, теперь готовят ужин. Тем не менее так странно все складывается. Страх, который я всегда испытывала в его присутствии, испарился. Мы уже много чем занимались вместе — даже стыдно вспоминать. И все-таки я едва знаю этого мужчину.
— О чем задумалась? — Кристиан снимает пиджак и кладет его на диван.
— О том, как мало я тебя знаю.
Его глаза добреют.
— Ты знаешь меня лучше кого бы то ни было.
— Не думаю, что это так. — Мне вспоминается миссис Робинсон, неожиданно и совсем некстати.
— Так, именно так, Анастейша. Я очень и очень замкнутый.
Он протягивает мне бокал белого вина.
— За нас…
— За нас… — эхом отзываюсь я и отпиваю глоток. Он убирает бутылку в холодильник.
— Тебе помочь?
— Нет, все нормально, посиди.
— Я с удовольствием помогу, — искренне заверяет он.
— Тогда нарежь овощи.
— Я не умею готовить, — признается он, разглядывая нож, который я не без опаски вручила ему.
— Тебе это и не нужно.
Я кладу перед ним доску и пару стручков красного сладкого перца. Он озадаченно смотрит на них.
— Ты никогда не нарезал овощи?
— Никогда.
Я усмехаюсь.
— Тебе смешно?
— Оказывается, есть что-то, что я могу делать, а ты нет. Согласись, Кристиан, это забавно. Вот, я покажу тебе, как надо резать.
Я прижимаюсь к нему плечом. Он отодвигается. Моя внутренняя богиня берет это на заметку.
— Вот так. — Я разрезаю стручок пополам и тщательно очищаю его от семян.
— Хм, оказывается, все довольно просто, — удивляется он.
— У тебя не должно возникнуть сложностей, — говорю я с иронией.
Он смотрит на меня долгим взглядом, потом берется за работу, а я продолжаю нарезать кубиками курятину. Он режет перец соломкой, медленно, тщательно. Ох-ох-о, мы так всю ночь провозимся у плиты!
Я ополаскиваю руки и ищу в хозяйстве сковородку вок, оливковое масло и прочие нужные вещи. Попутно я стараюсь прикасаться к Кристиану — то бедром, то рукой, то спиной. Как бы случайно. Легкие, казалось бы, невинные прикосновения. И каждый раз он не реагирует на них и все еще возится с первым перцем.
— Я знаю, что ты делаешь, Анастейша, — мрачно бормочет он.
— Кажется, это называется приготовлением ужина, — отвечаю я с невинным видом.
Хватаю другой нож и встаю возле него — чищу и режу чеснок, лук-шалот и зеленую фасоль. И опять, как бы невзначай, задеваю его.
— Ловко ты орудуешь, — бормочет он, принимаясь за второй стручок.
— Нарезаю? — Невинный взмах ресниц. — У меня многолетняя практика. — Я опять трусь о него, на этот раз попкой.
— Анастейша, если ты проделаешь этот трюк еще раз, я овладею тобой прямо здесь, на полу кухни.
Ого, сработало!
— Сначала ты должен попросить меня об этом.
— Это вызов мне?
— Возможно.
Он кладет нож на доску и медленно поворачивается ко мне. Его глаза горят. Протягивает руку и выключает газ. Масло в воке сразу затихает.
— Пожалуй, мы поедим позже. Положи курятину в холодильник.
Вот уж я никогда не ожидала услышать от Кристиана Грея такие слова, и только он способен придать им такую невероятную сексуальность, что дух захватывает. Я беру миску с нарезанной курятиной, кое-как накрываю тарелкой и убираю. Он уже стоит рядом.
— Так ты будешь просить меня? — шепчу я и храбро гляжу в его потемневшие глаза.
— Нет, Анастейша. — Он качает головой и говорит нежно и страстно. — Не буду.
И вот мы стоим и пожираем друг друга глазами. Воздух между нами постепенно заряжается, начинает потрескивать. Мы молчим и просто глядим. Я кусаю губу, так как во мне яростно бушует желание, зажигает мою кровь, перехватывает дыхание, накапливается внизу живота. Я вижу, как моя реакция отражается в его глазах, его позе.
В один миг он хватает меня за бедра и прижимает к себе, мои руки тянутся к его волосам, а его губы накрывают мои. Он толкает меня к холодильнику, я слышу протестующее дребезжание бутылок и банок, а его язык уже властно ласкает мой. Я испускаю стон прямо в его рот. Рука берет меня за волосы, откидывает назад мою голову, и мы яростно целуемся.
— Чего ты хочешь, Анастейша? — еле слышно спрашивает он.
— Тебя, — шепчу я.
— Где?
— В постели.
Он подхватывает меня на руки и несет в мою спальню, быстро и легко. Там ставит меня возле кровати, протягивает руку и включает лампу. Быстро оглядывает комнату и торопливо задергивает бледно-кремовые шторы.
— Что теперь?
— Занимайся любовью.
— Как?
Господи!
— Ты должна мне сказать, малышка.
Черт побери!..
— Раздень меня. — Я уже задыхаюсь от страсти.
Он улыбается, запускает загнутый крючком указательный палец в вырез на моей блузке и тянет меня к себе.
— Молодец, — бормочет он и, не отрывая своих горящих глаз от моих, принимается медленно расстегивать мою блузку.
Чтобы не упасть, я нерешительно хватаюсь за его руки. Он не возражает. Его руки — безопасная область. Закончив возиться с пуговицами, он стягивает блузку с моих плеч, а я отпускаю его руки, и блузка падает на пол. Он берется за пояс моих джинсов, расстегивает пуговицу, потом тянет вниз молнию.
— Скажи мне, Анастейша, чего ты хочешь. — Его глаза затуманены страстью, из губ вырывается учащенное дыхание.
— Поцелуй меня отсюда досюда, — шепчу я и провожу пальцем от уха до ямки на горле.
Он откидывает с линии огня мои волосы, наклоняется и оставляет сладкие и нежные поцелуи вдоль проведенной мною дорожки, а потом и обратно.
— Джинсы и трусики, — бормочу я.