На 50 оттенков темнее читать онлайн

— Конечно. Рада была тебя видеть. В следующий раз мы сходим куда-нибудь в ресторан.
— Буду ждать этого.
Он машет нам из лифта, и створки закрываются.
— Видишь, он не такой уж плохой.
— Он все-таки хочет залезть в твои трусики, Ана. Но не мне осуждать его за это.
— Кристиан, неправда!
— А то ты сама не видишь! — Он усмехается. — Он хочет тебя. Ужасно.
Я хмурюсь.
— Кристиан, он просто мой друг, хороший друг.
И тут же ловлю себя на том, что говорю как Кристиан, когда речь заходит о миссис Робинсон. Это меня огорчает.
Кристиан выставляет ладони в знак примирения.
— Я не хочу войны, — мягко заявляет он.
О-о! Мы и не воюем… правда же?
— Я тоже.
— Ты не сказала ему, что мы поженимся?
— Нет. Я хочу сначала сказать маме и Рэю.
Черт. Я впервые подумала о родителях. Интересно, что они скажут?
Кристиан кивает.
— Да, ты права. А я… хм-м… я должен спросить позволения у твоего отца.
— Ой, Кристиан, сейчас не восемнадцатое столетие, — смеюсь я.
Ни фига себе. Что скажет Рэй?.. Мысль об этом разговоре наполняет меня ужасом.
— Такова традиция. — Кристиан пожимает плечами.
— Давай поговорим об этом позже. Я хочу вручить тебе второй подарок.
Моя цель — его отвлечь. Мысль о подарке прожигает дыру в моем сознании. Мне надо вручить его Кристиану и посмотреть на реакцию.
Он отвечает своей застенчивой улыбкой, и мое сердце замирает от нежности. До конца своих дней я не устану любоваться этой улыбкой.
— Ты опять кусаешь губу, — говорит он и берет меня за подбородок.
Его пальцы касаются меня, и по моему телу пробегает восторг. Не говоря ни слова и собрав остатки храбрости, беру его за руку и веду в спальню. Там я отпускаю его руку, наклоняюсь и достаю из-под кровати второй подарок — две коробочки.
— Два подарка? — удивляется он.
Я вздыхаю.
— Я купила это еще до… хм… вчерашнего инцидента. И сейчас не уверена, понравится ли тебе.
Я быстро отдаю ему одну коробочку — пока я сама не передумала. Он озадаченно смотрит на меня, чувствуя мою неуверенность.
— Конечно, ты хочешь, чтобы я открыл ее?
Я киваю, волнуясь.
Кристиан разрывает упаковочную бумагу и с удивлением глядит на коробку.
— «Чарли Танго», — шепчу я.
Он усмехается. В коробке лежит небольшой деревянный вертолет с большими лопастями на солнечной батарее. Он открывает коробку.
— На солнечной батарее, — бормочет он. — Ого!
И, прежде чем я успеваю опомниться, Кристиан садится на кровать и мгновенно собирает игрушку. Вот он уже держит голубой вертолет на ладони. Потом поворачивает ко мне лицо, улыбается своей неотразимой улыбкой американского парня и идет к окну. Маленький вертолет купается в солнечных лучах, и винт начинает вращаться.
— Ты только погляди, — восхищается он, внимательно рассматривая его. — Что мы уже умеем делать с помощью такой технологии.
Он поднимает вертолет на уровень глаз, смотрит, как крутится винт. Он зачарованно наблюдает за ним, а я зачарованно наблюдаю, как он задумался, глядя на крылатую игрушку. О чем он размышляет?
— Тебе нравится?
— Ана, очень нравится. Спасибо. — Он хватает меня в охапку, сладко целует, потом снова наблюдает за вращающимся винтом и рассеянно говорит: — Я поставлю его в своем кабинете рядом с планером.
Он переносит руку в тень, и лопасти замедляют вращение и останавливаются.
Я не удерживаюсь от сияющей улыбки и мысленно поздравляю себя. Подарок ему нравится. Конечно, он ведь работает с альтернативными технологиями. Я так торопилась купить какой-нибудь подарок, что забыла об этом.
— Он составит мне компанию, пока мы будем оживлять «Чарли Танго».
— Его еще можно оживить?
— Не знаю. Надеюсь. Мне будет скучно без нее, моей стрекозы.
Без нее? Я в ужасе замечаю укол ревности, которую испытываю к неодушевленному предмету. Мое подсознание презрительно смеется. Я игнорирую его.
— Что во второй коробке? — спрашивает он. В его широко раскрытых глазах горит детский восторг.
Черт побери…
— Я не уверена, что это может быть подарком для тебя или меня.
— Неужели? — спрашивает он, и я знаю, что подогрела его интерес.
Слегка нервничая, я протягиваю ему вторую коробку. Он осторожно встряхивает ее, и мы слышим тяжелый стук. Он удивленно поднимает брови.
— Почему ты так нервничаешь? — спрашивает он.
Я смущенно пожимаю плечами и краснею.
— Вы меня заинтриговали, мисс Стил, — шепчет он; его голос волнует меня, желание и предвкушение сжимают судорогой мой живот. — Должен признаться, мне очень нравится твоя реакция. Она мне что-то обещает. Что ты затеяла? — Он задумчиво щурит глаза.
Я молчу, затаив дыхание.
Он открывает крышку коробки и достает маленькую карточку. Все остальное завернуто в упаковочную бумагу. Он раскрывает карточку, и его глаза тут же впиваются в меня — расширенные от шока или удивления, трудно сказать.
— Итак, ты хочешь грубого секса? — бормочет он и хмурится.
Я киваю и сглатываю комок в горле. Он наклоняет голову набок и смотрит с опаской, оценивая мою реакцию. Потом снова возвращается к коробке. Разрывает бледно-голубую бумагу и выуживает полумаску, несколько зажимов для сосков, анальную затычку, свой айпод, серебристо-серый галстук и, наконец, ключ от игровой комнаты.
Он смотрит на меня с мрачноватым и непонятным выражением лица. Дьявол. Может, я зря это сделала?
— Ты хочешь поиграть? — тихо спрашивает он.
— Да, — с придыханием говорю я.
— В честь моего дня рождения?
— Да. — Это краткое слово я выговариваю совсем тихо.
Мириады эмоций отражаются на его лице, и ни одну из них я не могу определить. Мне становится тревожно. Хм-м… Я ожидала совсем не такой реакции.
— Ты уверена? — спрашивает он.
— Только без плеток и подобных штучек.
— Понятно.
— Тогда да. Я уверена.
Он качает головой и разглядывает содержимое коробки.
— Ненасытная сексуальная маньячка. Что ж, я полагаю, мы можем что-нибудь сделать с этим ассортиментом, — бормочет он почти что сам себе и убирает все в коробку.
Когда он снова поднимает на меня глаза, выражение его лица полностью меняется. Боже мой, его глаза горят, на губах играет медленная эротичная улыбка. Он поднимает руку.
— Ну, — говорит он, и это не просьба.
Внутри у меня все сжимается, крепко и резко, глубоко-глубоко. Я кладу свою руку в его.
— Пойдем, — приказывает он, и я следую за ним. Мне страшновато. Желание горячей волной бушует в моей крови, а мои внутренности изнемогают от предвкушения. Наконец-то!
Глава 21
Кристиан останавливается у двери игровой комнаты.
— Так ты уверена в своем решении? — спрашивает он и устремляет на меня взгляд, затуманенный страстью, но чуть встревоженный.
— Да, — шепчу я с робкой улыбкой.
— Назови то, что ты не хочешь делать, — ласково говорит он.
Я сбита с толку таким неожиданным вопросом, и мой мозг лихорадочно подыскивает ответ. Мне приходит в голову только одно.
— Я не хочу, чтобы ты меня фотографировал.
Он замирает и наклоняет голову к плечу; его глаза смотрят задумчиво и жестко.
О черт… Я жду, что он меня спросит, почему не надо. К счастью, не спрашивает.
— Ладно, — бормочет он и, морща лоб, отпирает дверь, встает в стороне и пропускает меня в комнату.
Я чувствую на себе его глаза. Он входит следом и запирает дверь.
Положив коробку с подарком на комод, он достает айпод, включает его, затем делает взмах в сторону музыкального центра на стене. Дверцы из дымчатого стекла бесшумно раздвигаются. Он нажимает какие-то кнопки, и шум поезда метро эхом проносится по комнате. Он убавляет звук; медленный, гипнотический электронный ритм становится приятным фоном. Поет женщина. Я не знаю, кто это, но голос нежный, с хрипотцой, и этот размеренный ритм звучит необычайно… эротично. Господи… Под такую музыку только и заниматься любовью.
Кристиан поворачивает ко мне лицо, а я стою в середине комнаты, у меня бьется сердце, кровь поет в жилах, пульсирует — или мне кажется? — в унисон с соблазнительной музыкой. Он небрежно подходит ко мне и берет меня за подбородок, чтобы я больше не кусала губу.
— Чего ты хочешь, Анастейша? — бормочет он и нежно, скромно целует меня в угол рта, а его пальцы все еще держат меня за подбородок.
— Сегодня твой день рождения, поэтому выбирай ты, — шепчу я.
Он проводит большим пальцем по моей нижней губе и еще сильнее морщит лоб.
— Так что, мы здесь, потому что ты думаешь, что мне хочется быть здесь? — Он произносит это ласково, но сам внимательно глядит на меня.
— Нет, — шепчу я. — Мне тоже хочется здесь быть.
Его взгляд темнеет, делается смелее, когда он оценивает мой ответ. После бесконечно долгого молчания он вновь говорит:
— О, мисс Стил, здесь такой огромный выбор. — В его голосе звучит восторг. — Давай начнем с того, что тебя разденем.
Он тянет за пояс халата, и полы распахиваются, под ними становится видна моя ночная рубашка. Он отходит назад и небрежно садится на подлокотник честерфилдского дивана.
— Сними одежду. Медленно.
Он устремляет на меня чувственный, огненный взгляд.
Я судорожно вздыхаю и плотно сжимаю ляжки. Между ними уже влажно. Моя внутренняя богиня разделась и теперь просит меня сыграть с ней в догонялки. Я спускаю с плеч халат и, не прерывая глазного контакта, легким движением сбрасываю его на пол. Магнетические серые глаза Кристиана горят страстью. Он проводит указательным пальцем по губам и ждет продолжения.
Сняв с плеч тонкие лямки, я несколько мгновений гляжу на любимого мужчину, потом гибким движением тела сбрасываю рубашку. Она мягко соскальзывает с моего тела и растекается шелковой лужицей у моих ног. Теперь я стою голая и ох-какая-готовая.
Кристиан медлит, и я любуюсь искренним восхищением и плотской страстью, которые отражаются на его лице. Потом он идет к комоду и берет свой серебристо-серый галстук, мой любимый. Поворачивается и, небрежно поигрывая галстуком, протягивает его сквозь сложенные кольцом пальцы и движется ко мне. Я ожидаю приказа протянуть ему руки. Но Кристиан действовал по другому сценарию.
— По-моему, вам не мешает одеться, мисс Стил, — бормочет он.
Он надевает мне на шею галстук и медленно, но искусно завязывает его узлом, кажется, виндзорским. Когда он затягивает узел, его пальцы прикасаются к моему горлу, и меня пронзает электричество, я ахаю. Он оставляет конец галстука длинным-предлинным, до моего лобка.
— Сейчас вы выглядите превосходно, мисс Стил, — говорит он и нежно целует меня в губы.
Поцелуй слишком беглый, я хочу большего, желание поднимается спиралью по моему телу.
— Что мы будет с тобой делать дальше? — говорит он, берется за галстук и резко тянет за него, так что я поневоле падаю в его объятия. Его руки погружаются мне в волосы, запрокидывают мою голову, и теперь он целует меня по-настоящему, крепко — его язык неистово вторгается в мой рот, а рука гладит мои ягодицы. Оторвавшись от меня, он тяжело дышит и страстно смотрит на меня с высоты своего роста своими прекрасными глазами, которые теперь стали свинцового цвета. Он отрывается от меня, а я горю от страсти, жадно хватаю ртом воздух и утрачиваю всякую связь с реальностью. Уверена, губы после такого натиска распухнут.
— Повернись, — ласково приказывает он, и я подчиняюсь.
Он распускает мои волосы, завязанные на затылке, и быстро заплетает их в косу. Тянет за нее. Моя голова запрокидывается.
— Какие у тебя роскошные волосы, Анастейша, — мурлычет он и целует мое горло. По спине бегут мурашки. — Слушай, ты ведь помнишь: тебе достаточно сказать «стоп». Договорились?
Я киваю, закрыв глаза, и наслаждаюсь нежностью его губ. Он снова поворачивает меня лицом к себе и берется за конец галстука.
— Пойдем.
Дергая за галстук, он ведет меня к комоду, где лежат отобранные мною «игрушки».
Он берет затычку.
— Анастейша, эта пробка слишком велика. Ты ведь анальная девственница, и сейчас она едва ли тебе понравится. Лучше мы начнем вот с этого.
Он показывает мне свой мизинец. Я в шоке. Пальцы, там? Он ухмыляется, а мне приходит на ум неприятное воспоминание об анальном фистинге, который упоминался в контракте.
— Просто мизинец — один-единственный, — ласково говорит он.
Опять эта его жутковатая способность читать мои мысли. Я испуганно гляжу в его глаза. Как он это делает?
— Такие зажимы чересчур суровые. — Он показывает мне зажимы для сосков. — Мы их заменим.
Он выбирает другую пару, похожую на огромные черные шпильки для волос со свисающими с них мелкими гагатовыми блестками.
— Они регулируются, — объясняет Кристиан. Я слышу в его голосе искреннюю заботу.
Широко раскрыв глаза, я гляжу на него. Он мой ментор в области секса и знает обо всем этом гораздо больше, чем я. Я хмурюсь. Он знает больше моего почти обо всем на свете… за исключением кулинарии.
— Понятно? — спрашивает он.
— Да, — хриплю я пересохшим ртом. — Может, ты мне скажешь, что намерен делать?
— Нет, Ана. Я решаю это по ходу действия. Это тебе не театральная сцена.
— А мне как себя вести?
Он морщит лоб.
— Как хочешь.
Ой!..
— Анастейша, ты ожидаешь увидеть сейчас мое alter ego? — спрашивает он. В его тоне я улавливаю легкую насмешку и удивление.
— Ну да… Мне он нравится, — неуверенно бормочу я. Он улыбается и проводит большим пальцем по моей щеке.
— Ты уже его видишь, — еле слышно произносит он и проводит большим пальцем по моей нижней губе. — Я твой любовник, Ана, а не господин. Я люблю, когда ты смеешься, люблю слушать твое девчоночье хихиканье. Мне нравится, когда ты такая, как на снимках Хосе, — веселая и раскованная. Такая девочка ворвалась в мой офис. В такую девочку я влюбился.
От удивления я раскрываю рот, и мое сердце захлестывает теплая волна радости. Да, это радость — чистая радость.
— Но при всем этом мне также нравится заниматься с вами грубым сексом, мисс Стил, и мое alter ego знает парочку трюков. Итак, слушай меня. Отвернись.
В его глазах появился коварный блеск, и по моему животу растекается радостная судорога, туго сжимает каждую мышцу. Он выдвигает за моей спиной один из ящиков и через секунду снова стоит передо мной.
— Пойдем, — приказывает он и, потянув за галстук, ведет меня к столу.
Проходя мимо дивана, я впервые замечаю, что все палки исчезли. Это отвлекает меня. А вчера, когда я заходила сюда, были они на месте или нет? Я не помню. Кто их убрал, Кристиан? Миссис Джонс? Кристиан прерывает мои размышления.
— Я хочу, чтобы ты встала на колени вот тут, — говорит он, когда мы останавливаемся у стола.
Ну ладно. Что он задумал? Моей внутренней богине не терпится это выяснить: она уже лежит на столе, раздвинув ноги, и с обожанием глядит на него.
Он осторожно сажает меня на стол. Я стою перед ним на коленях и удивляюсь собственной грации. Теперь мы смотрим в глаза друг другу. Он гладит ладонью мои бедра, хватает за колени, раздвигает мои ноги и встает прямо передо мной. Вид у него ужасно серьезный, глаза потемнели, заволоклись… похотью.
— Руки за спину. Я надену на тебя наручники.
Из заднего кармана он извлекает наручники. Вот так. Куда он на этот раз утащит меня?
Его близость завораживает меня. Этот мужчина станет моим мужем. Можно ли вообще так сильно хотеть своего мужа? Не помню, чтобы я о таком слышала. Я не могу устоять против него, я провожу раскрытыми губами и языком по его щеке, щетина покалывает мою нежную кожу… Ах, это головокружительное сочетание нежного и колючего! Он застывает и прерывисто дышит, закрыв глаза. Потом резко отстраняется.
— Стоп. Или мы закончим со всем быстрее, чем нам хочется, — предостерегает он.
В какой-то момент мне кажется, что он рассердился, но тут он улыбается, а в его горящих глазах я вижу удивление.
— Ты неотразим, — заявляю я, надув губы.