На 50 оттенков темнее читать онлайн

Меня душит страх. Что такое? Что ему надо? Где-то глубоко внутри, несмотря на пересохший рот, нахожу в себе силы и смелость говорить. Защитная мантра «Надо его/их разговорить» — крутится в мозгу как верный страж.
— Джек, сейчас не самое подходящее время. Твое такси придет через десять минут, а я еще должна отдать тебе все документы.
Мой голос звучит спокойно, но хрипло, выдавая меня.
Он улыбается, и деспотичная, похотливая улыбка наконец доходит и до его глаз. Они сверкают жестким блеском в рассеянном свете комнаты без окон. Он делает шаг ко мне, не отрывая от меня глаз. Его зрачки расширены — черный цвет почти вытеснил голубой. Нет же! Мой страх нарастает.
— Ты знаешь, мне пришлось воевать с Элизабет, чтобы дать тебе эту работу…
Он обрывает себя и делает еще один шаг ко мне. Я отхожу к дешевому стенному шкафчику. «Говори с ним, говори с ним, говори с ним…»
— Джек, в чем же твоя проблема? Если ты хочешь рассказать о твоих жалобах, тогда нужно обратиться к специалисту по кадрам. Мы можем это сделать с Элизабет в более официальной обстановке.
Где охрана? Еще в здании или нет?
— Ана, в этой ситуации нам это не нужно. — Он усмехается. — Когда я нанял тебя, я рассчитывал, что ты будешь хорошо работать. Мне показалось, что у тебя есть потенциал. Но теперь я и не знаю. Ты стала рассеянной и неряшливой. И я подумал… может, тебя сбивает с толку твой бойфренд? — Слово «бойфренд» он произносит с невероятным презрением. — Я решил посмотреть твой почтовый аккаунт, рассчитывая рассеять свои сомнения. И знаешь, что я обнаружил, Ана? Что меня насторожило? Единственные личные письма в твоем аккаунте были адресованы твоему выскочке-бойфренду. — Он замолкает, оценивая мою реакцию. — И я подумал… где же письма от него? Их нет. Да-да. Нет. Так что же происходит, Ана? Как получилось, что его писем к тебе нет в нашей системе? Может, ты промышленная шпионка, внедренная к нам организацией Грея? Это так?
Черт побери, письма. Вот тебе и раз. Что я говорила?
— Джек, ты о чем?
Я изображаю удивление, весьма убедительно. Разговор идет не так, как я ожидала, я совершенно не доверяю боссу. Меня ужасно настораживает действующий на подсознание феромон, который источает Джек, человек злой, с неустойчивой психикой и абсолютно непредсказуемый. Я пытаюсь воздействовать на его логическое мышление.
— Ты только что сказал, что тебе пришлось уговаривать Элизабет взять меня на работу. Тогда как я могу быть внедренным к вам шпионом? Ты сам подумай, Джек.
— Но ведь Грей прихлопнул поездку в Нью-Йорк, разве нет?
Засада.
— Как он ухитрился это сделать, Ана? Как это удалось твоему богатенькому бойфренду из Лиги плюща?
От моего лица отхлынули последние остатки крови. Мне кажется, что я сейчас упаду в обморок.
— Не знаю, о чем ты говоришь, Джек, — шепчу я. — Сейчас приедет твое такси. Давай я принесу твои вещи.
Ну, пожалуйста, отпусти меня! Прекрати этот разговор.
Джек продолжает, наслаждаясь моим смущением.
— Он думает, что я положил на тебя глаз? — Он ухмыляется. — Что ж, пока я буду в Нью-Йорке, я хочу, чтобы ты подумала вот о чем. Я дал тебе эту работу и ожидаю от тебя благодарности. Я имею на нее право. Мне пришлось за тебя бороться. Элизабет хотела взять более квалифицированного работника, но я — я разглядел в тебе потенциал. Поэтому нам надо заключить сделку, чтобы ты меня порадовала. Ты понимаешь, о чем я говорю, Ана?
Черт!
— Если хочешь, можешь смотреть на это как на повышение квалификации. И если ты меня порадуешь, я закрою глаза и не стану рыться в том, как твой бойфренд дергает за веревочки, использует свои связи или получает взятки от одного из своих корешей из Лиги плюща.
У меня отвисла челюсть. Он меня шантажирует! Ради секса! А что я могу сказать? Известие о покупке Кристианом издательства остается под запретом еще три недели. Прямо не верится. Секс со мной!
Джек подходит еще ближе и теперь стоит прямо передо мной, глядит мне в глаза. Сладкий пронзительный запах одеколона вторгается в мои ноздри — это тошнотворно, — а в его дыхании, если я не ошибаюсь, заметна горьковатая вонь алкоголя. Черт, он пил… когда?
— Знаешь, Ана, ты такая соблазнительная, с крепкой попкой, так и хочется тебя насадить, — шепчет он сквозь сжатые зубы. — А ты меня все динамишь.
Что? Я?
— Джек, я понятия не имею, о чем ты говоришь, — шепчу я и чувствую, как в моем теле бушует адреналин.
Он подошел еще ближе. Я выжидаю, чтобы сделать свой ход. Рэй может мной гордиться. Он научил меня приемам самообороны. Если Джек дотронется до меня — если даже подойдет слишком близко, — я его положу. Я учащенно дышу. Только бы не потерять сознание, не потерять сознание…
— Погляди на себя. — Он смотрит жадными глазами. — Ты такая сексуальная. Ты в самом деле меня провоцируешь. Признайся сама себе, ты ведь хочешь этого. Я знаю.
Черт побери… Этот парень живет иллюзиями. Мой страх нарастает до высшей отметки, грозя меня раздавить.
— Нет, Джек, я никогда тебя не провоцировала.
— Нет, провоцировала, блудливая сука. Я умею читать посылы.
Подняв руку, он нежно гладит мое лицо полусогнутыми пальцами, спускается к подбородку. Проводит указательным пальцем по горлу, а я перебарываю рвотный рефлекс. Добирается до ямки на моем горле, где на черной рубашке расстегнута верхняя пуговка, и прижимает ладонь к моей груди.
— Ты хочешь меня. Признайся, Ана.
Я неотрывно и твердо гляжу ему в глаза, сосредоточиваюсь на том, что мне предстоит сделать — преодолевая отвращение и ужас, — и ласково накрываю его руку своей. Он победно улыбается. Я хватаю его мизинец, резко выкручиваю и тяну вниз, к бедру Джека.
— А-а-а! — кричит Джек от боли и удивления и теряет равновесие.
В это время я быстро и резко бью его коленом в пах. Контакт с целью получился полный. Я стремительно ныряю влево, а его колени подгибаются, и он со стоном падает на пол кухни, держась за причинное место.
— Посмей только тронуть меня, — рычу я ему. — Твои документы и брошюры упакованы и лежат на моем столе. Я ухожу домой. Счастливого пути. И впредь сам готовь свой проклятый кофе.
— Сука драная! — то ли орет, то ли стонет он, но я уже выскакиваю за дверь.
Я бросаюсь к столу, хватаю свою сумку и мчусь в приемную, не обращая внимания на стоны и проклятья ублюдка, который все еще валяется на кухонном полу. Я выскакиваю из здания и на минуту останавливаюсь, когда мне в лицо ударяет холодный воздух. Я дышу полной грудью и прихожу в себя. Но ведь я весь день ничего не ела, и, когда утихает непрошеный прилив адреналина, подо мной подкашиваются ноги, и я падаю на асфальт.
Я отрешенно наблюдаю, как передо мной, словно в замедленной киносъемке, разворачивается действие: Кристиан и Тейлор, в темных костюмах и белых рубашках, выскакивают из автомобиля и бегут ко мне. Кристиан встает возле меня на колени, и на каком-то бессознательном уровне я думаю: «Он здесь. Моя любовь здесь».
— Ана! Ана! Что случилось?
Он приподнимает меня, растирает ладонями мои руки, проверяет, нет ли травм. Обхватив руками мою голову, он изучает меня своими испуганными, большими, серыми глазами. Я безвольно прислоняюсь к нему, чувствуя облегчение и усталость. О, руки Кристиана! В целом мире для меня нет ничего лучше, чем они.
— Ана. — Он осторожно трясет меня. — Что случилось? Ты заболела?
Я качаю головой и понимаю, что пора заговорить.
— Джек, — шепчу я и скорее чувствую, чем вижу, как Кристиан делает знак Тейлору, и тот сразу скрывается в здании.
— Дьявол! — Кристиан обнимает меня. — Что этот слизняк с тобой сделал?
И вдруг откуда-то, вероятно, из сферы безумия в моем горле рождаются пузырьки смеха. Я вспоминаю, какой шок пережил Джек, когда я схватила его за палец.
— Что я с ним сделала! — Я хохочу и не могу остановиться.
— Ана! — Кристиан трясет меня опять, и мой приступ смеха затихает. — Он прикоснулся к тебе?
— Только один раз.
Ярость проносится по телу Кристиана, его мышцы напрягаются. Он встает стремительно и мощно, держа меня на руках. Он в бешенстве. Нет!..
— Где этот мудак?
Из здания доносятся сдавленные крики. Кристиан ставит меня на ноги.
— Ты можешь стоять?
Я киваю.
— Не ходи туда. Не надо, Кристиан. — Внезапно мой страх возвращается, страх, что Кристиан что-то сделает с Джеком.
— Садись в машину, — рычит он.
— Кристиан, нет! — Я хватаю его за руку.
— Ана, черт побери, садись в машину. — Он стряхивает меня с руки.
— Нет! Пожалуйста! — молю я его. — Останься. Не оставляй меня одну, — прибегаю я к испытанному средству.
Клокоча от гнева, Кристиан проводит рукой по волосам и глядит на меня, не зная, что делать. Крики в здании усиливаются, потом внезапно стихают.
Мама дорогая! Что сделал Тейлор?
Кристиан вынимает свой смартфон.
— Знаешь, он смотрел мои письма.
— Что?
— Мои письма к тебе. Он хотел знать, где твои письма ко мне. Пытался меня шантажировать.
Взгляд Кристиана полон смертельной ненависти. Ой-ой!
— Мать его! — ругается он и щурит глаза. Набирает какой-то номер.
Кому же он звонит?
— Барни. Грей. Мне нужно, чтобы ты зашел в главный сервер SIP и стер все письма Анастейши Стил ко мне. Потом загляни в персональные файлы Джека Хайда и проверь, есть ли они там. Если есть, сотри их… Да, все сотри. Вот. Когда все сделаешь, дай мне знать.
Он тычет в кнопку отбоя и набирает другой номер.
— Роч. Грей. Хайд — чтобы его духу не было. Немедленно. Сию минуту. Вызови охрану. Пусть немедленно очистит его стол, или я завтра утром ликвидирую эту компанию. У тебя уже есть все необходимые обоснования, чтобы его уволить. Ты понял? — Он выслушивает краткий ответ и нажимает на кнопку, очевидно, удовлетворенный.
— «Блэкберри», — шипит он мне сквозь стиснутые зубы.
— Пожалуйста, не злись на меня.
— Я очень зол на тебя, — рявкает он и снова проводит рукой по волосам. — Ступай в машину.
— Кристиан, пожалуйста…
— Анастейша, садись в машину, черт побери, или я сам запихну тебя в нее, — грозит он, сверкая глазами.
Ну надо же!
— Только не наделай никаких глупостей, пожалуйста, — молю я.
— ГЛУПОСТЕЙ! — взрывается он. — Я говорил тебе: пользуйся своим смартфоном! Так что не говори мне о глупости. Садись в эту чертову машину, Анастейша, ЖИВО! — ревет он, и по мне бегут мурашки страха. Передо мной Очень Злой Кристиан. Я еще никогда не видела его таким. Он едва владеет собой.
— Хорошо-хорошо, — бормочу я, успокаивая его. — Но пожалуйста, будь осторожен.
Сжав губы, он тычет пальцем в машину.
Господи, да ладно… Приказ понятен.
— Пожалуйста, осторожнее. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я тогда умру, — бормочу я. Он поворачивает ко мне голову и вздыхает.
— Я буду осторожен, — уже мягче говорит он.
Ну слава богу. Я иду к машине, открываю переднюю дверцу и сажусь на кресло пассажира. Убедившись, что я в безопасности и комфорте «Ауди», Кристиан скрывается в здании, и у меня снова замирает сердце. Что он задумал?
Я сижу и жду. И жду. И жду. Пять минут тянутся как целая вечность. Подъезжает такси, вызванное для Джека, останавливается перед «Ауди». Десять минут. Пятнадцать. Господи, что они там делают? Как там Тейлор? Как мучительно ожидание.
Через двадцать пять минут из здания появляется Джек с картонной коробкой. За ним идет охранник. Где же он был раньше? Потом выходят Кристиан и Тейлор. У Джека кислый вид. Он направляется прямо к такси. Я рада, что у «Ауди» затемненные стекла и Джек меня не видит. Такси уезжает — думаю, не в Ситак, — а Кристиан и Тейлор подходят к машине.
Открыв дверцу водителя, Кристиан садится за руль, вероятно, потому, что я сижу впереди, а Тейлор устраивается позади меня. Никто не говорит ни слова, Кристиан трогает «Ауди» с места и встраивается в поток машин. Я рискую бросить быстрый взгляд на Грея. Его губы плотно сжаты, но лицо уже более спокойное. Звонит телефон, установленный в салоне.
— Грей, — отрывисто говорит Кристиан.
— Мистер Грей, это Барни.
— Барни, я на громкой связи; в салоне я не один, — предупреждает его Кристиан.
— Сэр, все сделано. Но мне надо поговорить с вами о том, что я еще нашел в компьютере мистера Хайда.
— Я позвоню, когда приеду на место. Спасибо, Барни.
— Нет проблем, мистер Грей.
Барни отключается. Судя по голосу, он гораздо моложе, чем я думала.
Что еще он нашел в компьютере Джека?
— Ты поговоришь со мной? — спокойно спрашиваю я.
Кристиан бросает на меня взгляд и снова переводит его на дорогу. Я понимаю, что он все еще злится.
— Нет, — сердито бурчит он.
А, вот оно что… как по-детски. Я обхватываю руками плечи и смотрю невидящим взором в окно. Пожалуй, я сейчас попрошу высадить меня возле моей квартиры. Тогда он может «не разговаривать» со мной в своей «Эскале», и мы оба будем избавлены от неизбежной ссоры. Но, едва подумав об этом, я понимаю, что не хочу оставлять его в таком состоянии, тем более после вчерашних событий.
Тем временем мы останавливаемся перед его домом, и Кристиан выходит из машины. С непринужденной грацией подходит к моей дверце и открывает ее.
— Пошли, — командует он, а Тейлор садится за руль. Я хватаюсь за протянутую руку и плетусь за ним через обширный вестибюль к лифту. Он не отпускает меня.
— Кристиан, почему ты так сердишься на меня? — шепчу я, пока мы ждем.
— Ты знаешь почему, — бормочет он, когда мы входим в лифт; он набирает код своего этажа. — Господи, если бы с тобой что-нибудь случилось, я был бы уже мертв.
От его тона веет ледяным холодом. Дверцы закрываются.
— В общем, я намерен поставить крест на карьере этого ничтожества, чтобы он больше не обижал девушек, пользуясь своим положением. — Он качает головой. — Господи Иисусе, Ана! — Внезапно Кристиан обнимает меня, прижав в углу лифта.
Его пальцы погружаются в мои волосы, он заставляет меня запрокинуть голову и целует в губы, страстно и отчаянно. Я не знаю, почему это становится для меня неожиданностью, но это так. Я ощущаю на вкус его облегчение, страстное желание и остатки гнева, а его язык вторгается в мой рот. Кристиан останавливается, глядит на меня сверху вниз, придавив своим весом так, что я не могу пошевелиться. А я судорожно хватаю воздух, цепляюсь за него, ища поддержки, гляжу на прекрасное лицо, на котором сейчас я вижу решимость и не замечаю ни крупицы юмора.
— Если бы с тобой что-нибудь случилось… Если бы он причинил тебе вред… — Он замолкает, а я чувствую, как он содрогается. — «Блэкберри», — приказывает он спокойным тоном. — Отныне только так. Поняла?
Я киваю, сглатываю комок в горле и не могу отвести взора от его строгих, завораживающих глаз.
Он выпрямляется и разжимает объятья, когда лифт останавливается на нашем этаже.
— Он сказал, что ты ударила его по яйцам. — Кристиан говорит это уже веселее, даже с легким восхищением, и я делаю вывод, что он меня простил.
— Да, — шепчу я, с трудом опомнившись от страстного поцелуя и бесстрастного приказа.
— Молодец.
— Рэй служил в армии. Он и научил меня.
— Правильно сделал, я очень рад, — хмыкает он и добавляет, подняв бровь: — Придется мне помнить об этом.
Взяв за руку, он выводит меня из лифта, я иду следом, испытывая облегчение, и думаю о том, что ему лучше не попадаться под руку, когда он в плохом настроении.
— Мне надо позвонить Барни. Я быстро.
Он исчезает за дверью своего кабинета, оставив меня в гостиной. Миссис Джонс добавляет последние штрихи к приготовленным блюдам. Тут я понимаю, что ужасно голодна, но я хочу тоже что-то сделать.
— Вам помочь? — спрашиваю я.
Она смеется.
— Нет, Ана. Может, я приготовлю вам коктейль или что-нибудь еще? У вас усталый вид.
— Я бы выпила бокал вина.
— Белого?
— Да, пожалуйста.
Я сажусь на стул, и она протягивает мне бокал прохладного вина. Я не знаю, что это за вино, но оно восхитительное, легко пьется и успокаивает мои расшатанные нервы. О чем я думала сегодня днем? Какой полной жизнью я живу с тех пор, как встретила Кристиана. Какой восхитительной стала моя жизнь. Господи, да у меня почти не было скучных дней!
А если бы я никогда не повстречалась с Кристианом? Я бы сидела в своей квартире, иногда беседовала с Итаном, переживала из-за неприятностей с Джеком, зная, что снова увижу этого слизняка в пятницу. Как бы то ни было, теперь я, скорее всего, не увижу его больше никогда. Но где я буду теперь работать? Я хмурюсь. Я как-то об этом не подумала. Черт, да есть ли у меня вообще работа?
— Добрый вечер, Гейл, — здоровается Кристиан, возвращаясь в гостиную, и я отрываюсь от своих раздумий. Он идет прямо к холодильнику и наливает себе бокал вина.