На 50 оттенков темнее читать онлайн

А я не знаю, может, от того, что сегодня утром он не трахал меня, а занимался со мной любовью — а он действительно занимался любовью, нежно и сладко, да, да, — я ничуточки не смущаюсь. Я хочу выглядеть сексуальной в глазах этого мужчины. Он заслуживает этого — благодаря ему я ощутила свою сексуальность. Да, для меня это непривычно, но я учусь под его умелым руководством. Впрочем, сейчас он тоже открывает для себя много нового. Наши отношения напоминают чаши весов — поочередно перевешивает то одна чаша (его), то другая (моя).
Я надела сегодня утром новые кружевные трусы-танга белого цвета и такой же бюстгальтер — дизайнерский бренд по соответствующей цене. Перешагнув через джинсы, я стою перед ним в нижнем белье, купленном на его деньги, но больше не чувствую себя бедной содержанкой.
Кокетливо спускаю с плеч бретельки, завожу руки за спину, расстегиваю лифчик и бросаю его на блузку. Медленно стягиваю с бедер трусики, позволяю им упасть к ногам и перешагиваю через них, удивляясь собственной грации.
Теперь я стою перед ним голая и ничуть не стыжусь — потому что он любит меня. Мне нечего прятать от него. Он молчит, просто глядит. Я вижу его желание, даже преклонение, и что-то еще — глубину его жажды, глубину его любви ко мне.
Вот он пошевелился и, не отрывая от меня откровенного взгляда серых глаз, берется за края кремового свитера и стягивает его через голову, за ним майку. Далее следуют носки и ботинки. Вот он берется за пуговицу джинсов.
— Дай я, — шепчу.
Он выпячивает губы, словно хочет произнести «о-о-о», потом улыбается.
— Валяй…
Я запускаю свои бесстрашные пальцы за пояс джинсов и тяну на себя, так что Кристиан вынужден шагнуть ко мне, чтобы сохранить равновесие. Он невольно ахает на мою неожиданную дерзость и улыбается. Я расстегиваю пуговицу, но, прежде чем дернуть за молнию, даю волю пальцам, и они щупают через мягкую ткань его эрекцию. Он выдвигает бедра вперед и ненадолго прикрывает глаза, наслаждаясь.
— Ана, ты становишься такой смелой, такой опытной, — шепчет он и, обхватив мое лицо ладонями, страстно целует меня в губы.
Я кладу руки ему на бедра — на прохладную кожу и приспущенный пояс джинсов.
— Ты тоже, — шепчу я возле его губ и чувствую ответную улыбку, а в это время мои пальцы гладят кругами его кожу.
— Не останавливайся.
Я тяну за бегунок молнии. Мои жадные пальцы пробираются через жесткие волосы кнему,и я крепко сжимаюегов кулаке.
Кристиан издает низкий горловой звук, обдает меня сладким дыханием и снова целует меня с любовью. Я глажуего,щекочу, туго сдавливаю. В это время его правая рука, растопырив пальцы, держит меня за спину, а левая погружается в мои волосы, крепче прижимая мои губы к его губам.
— О-о, я так хочу тебя, малышка, — жарко шепчет он и, внезапно отпрянув, быстрым и ловким движением сбрасывает с себя джинсы и боксеры. Как красив он без одежды, как красив каждый дюйм его обнаженного тела!
Он — само совершенство. Его красоту портят только шрамы, с грустью думаю я. И они остаются не только на его коже, но и намного глубже.
— Что такое, Ана? — мурлычет он и нежно гладит мою щеку согнутыми пальцами.
— Ничего. Люби меня.
Он прижимает меня к себе, целует в губы, запускает пальцы в мои волосы. Наши языки нежно ласкают друг друга. Словно в танце, я отступаю шаг за шагом к кровати, он осторожно кладет меня и сам ложится рядом.
Теперь я погружаю руки в его медную шевелюру, а он водит кончиком носа по моей щеке.
— Ана, ты хоть представляешь, какой изысканный запах исходит от тебя? Против него невозможно устоять.
Его слова делают свое обычное дело — зажигают кровь, учащают пульс. А он ведет кончиком носа по моему горлу, грудям, покрывая эту дорожку ласковыми поцелуями.
— Ты так прекрасна, — мурлычет он, обхватывает губами мой сосок и нежно щекочет языком.
Я со стоном выгибаюсь дугой.
— Дай мне послушать тебя, малышка.
Его ладонь скользит к моему животу, я наслаждаюсь его прикосновениями, кожа к коже — его голодный рот приник к моей груди, умелые, длинные пальцы ласкают и нежат мои бедра, ягодицы, колени. И все это время он целует и сосет мои груди.
Схватив меня за колено, он внезапно поднимает кверху мою ногу; я ахаю и скорее ощущаю кожей, чем вижу, его усмешку. Потом он перекатывается на спину, и я вмиг оказываюсь верхом на нем. Он протягивает мне пакетик из фольги.
Я чуть сдвигаюсь, беру в руки член, во всем его великолепии. Наклоняюсь и целую, беруегов рот, глажу языком, потом сильно сосу. Кристиан стонет, выгибает бедра и еще глубже погружается в мою глотку.
Хм-м-м… хорош на вкус… Но мне хочется ощутитьеговнутри себя не здесь. Я сажусь и гляжу на Кристиана; он лежит, открыв рот, никак не может отдышаться и пристально смотрит на меня.
Я торопливо разрываю фольгу и, приложив кнемупрезерватив, раскатываю его нанем.Кристиан тянет ко мне руки. Я опираюсь на них одной рукой, а другой направляюегов свое лоно и медленно допускаю внутрь себя.
Кристиан гортанно стонет, закрыв глаза.
Теперьонвесь во мне… растягивает… наполняет меня… какое божественное ощущение… Из меня тоже вырывается стон. Кристиан крепко держится за мои бедра и помогает двигаться вверх-вниз, вверх-вниз, резко входит в меня еще глубже. Ох… восхитительно…
— О детка! — шепчет он и неожиданно садится, так что мы оказываемся нос к носу. Ощущение экстраординарное — невероятной полноты. Я ахаю, хватаю Кристиана за плечи, а он сжимает в ладонях мою голову и смотрит в глаза — пронзительно, горячо.
— Ох, Ана… Какие новые чувства ты пробуждаешь во мне, — бормочет он и целует меня, страстно и трепетно. Я целую его в ответ, у меня кружится голова от блаженства — как восхитительно, что мы сейчас слились с ним в единое целое.
— Ах, я люблю тебя, — нежно мурлычу я. Он стонет, словно ему больно слышать мое тихое признание, и перекатывается вместе со мной, не прерывая наш драгоценный контакт. Теперь я лежу под ним. Я обхватываю его ногами.
Он смотрит на меня с удивленным обожанием, и я уверена, что мое выражение лица отражает как в зеркале его. Я протягиваю руку и ласкаю его прекрасный лик. Закрыв глаза, с тихими стонами он начинает медленно двигаться.
Мягкий плеск волн, покачивающих катамаран, и мирный покой каюты нарушаются только нашим учащенным дыханием, когда он медленно входит и выходит из меня, размеренно и сладко — божественно. Одну руку Кристиан положил мне под голову, погрузив пальцы в волосы, другой гладит мое лицо. Наклонясь, целует в губы.
Я окутана его любовью, словно коконом. Он медленно движется во мне, наслаждаясь мной. Я глажу его — не нарушая границ — ласкаю его руки, волосы, поясницу, крепкие ягодицы — и мое дыхание учащается, когда размеренный ритм толкает меня все выше и выше к пику наслаждения. Кристиан покрывает поцелуями мое лицо, покусывает мочку уха. С каждым нежным рывком его бедер я все ближе и ближе к блаженству…
Мое тело сотрясает дрожь. О, я уже так хорошо знаю это ощущение… Уже совсем близко… Ох…
— Хорошо, детка… отдайся мне вся… Молодец… Ана, — повторяет он, и его слова открывают во мне лавину счастья.
— Кристиан! — кричу я, и наши стоны сливаются воедино, когда мы вместе приходим к цели.
Глава 10
Скоро вернется Мак, — бормочет он.
— Хм-м. — Мои глаза открываются и встречают взгляд его серых глаз. Господи, какой у них поразительный цвет — особенно тут, на море. В них отражается свет, который, в свою очередь, отражается от воды и проникает в каюту через небольшие иллюминаторы.
— Я бы с удовольствием валялся здесь с тобой весь день, но ему нужно помочь с лодкой. — Наклонившись, Кристиан нежно целует меня. — Ана, ты сейчас так прекрасна, ты такая сексуальная. Я снова тебя хочу. — Он улыбается и встает с постели. Я лежу на животе и любуюсь им.
— Ты и сам неплох, капитан. — Я восхищенно причмокиваю губами, и он не может сдержать усмешки.
Я наблюдаю, как он ходит по каюте и одевается. Он, мужчина, который только что опять нежно занимался со мной любовью. Я с трудом верю в свое везение. Кристиан садится рядом со мной и обувается.
— Капитан? Какой же я капитан, — сухо замечает он. — Я хозяин этой посудины.
Я наклоняю голову набок.
— Вы хозяин моего сердца, мистер Грей. — И моего тела… и моей души…
Он недоверчиво качает головой и опять меня целует.
— Я буду на палубе. В ванной есть душ. Тебе нужно еще что-нибудь? Попить, например? — заботливо спрашивает он, а я лишь усмехаюсь в ответ. Неужели это тот же самый мужчина? Тот же самый Пятьдесят Оттенков?
— Что? — спрашивает он, заметив мою глупую ухмылку.
— Ты.
— Что я?
— Кто ты такой и что ты сделал с Кристианом?
Его губы кривятся в грустной улыбке.
— Детка, он не очень далеко отсюда, — тихо говорит он, и грусть в его голосе заставляет меня мгновенно пожалеть о своих словах. Но Кристиан прогоняет печаль. — Скоро ты его увидишь, — лукаво усмехается он, — особенно если немедленно не встанешь. — С этими словами он смачно шлепает мне по заду. Я вскрикиваю и хохочу одновременно.
— Ты меня напугал.
— Правда? — Кристиан морщит лоб. — Ты издаешь такие смешанные сигналы, Анастейша. Как мужчине удержаться? — Он опять наклоняется и целует меня. — Пока, детка, — добавляет он с ослепительной улыбкой и уходит, оставив меня наедине с моими мыслями.
Когда я поднимаюсь на палубу, Мак уже вернулся на «Грейс», но он тут же исчезает на верхней палубе, как только я открываю двери салона. Кристиан разговаривает по «блэкберри». «Интересно, с кем?» — удивляюсь я. Он проходит мимо меня и, приобняв, целует в макушку.
— Прекрасные новости. Хорошо. Да… В самом деле? По аварийной лестнице?.. Ясно… Да, вечером.
Он нажимает кнопку отбоя, и меня тут же настигает рев запущенного двигателя. Должно быть, Мак уже сидит в кокпите.
— Пора возвращаться, — говорит Кристиан, еще раз целует меня и упаковывает в спасательный жилет.
Мы приближаемся к марине, когда солнце уже висит над горизонтом. Я вспоминаю чудесный день. При разумном и терпеливом наставничестве Кристиана я теперь научилась убирать грот, то есть основной парус, а также передний парус и спинакер. Еще умею завязывать рифовый узел, выбленочный узел и колышку. Когда он давал мне такие уроки, его губы весело подрагивали.
— Может, я когда-нибудь свяжу тебя, — заявила я.
— Вы сначала меня догоните, мисс Стил, — весело возразил он.
После этих слов я вспомнила, как он гонялся за мной по комнатам, тот восторг, а потом ужасный финал. Я нахмурилась и зябко передернула плечами. Ведь после этого я от него ушла.
Смогу ли я снова уйти от него? Ведь Кристиан признался, что любит меня. Я заглядываю в его чистые серые глаза. Смогу ли я когда-нибудь снова его бросить — что бы он мне ни сделал? Смогу ли я предать его? Нет, пожалуй, не смогу.
Кристиан устроил мне более подробную экскурсию по судну, рассказал про все инновационные средства и дизайн, про высококачественные материалы, которые пошли на изготовление катамарана. Мне вспомнилось интервью, которое я взяла у него; мне и тогда бросилась в глаза его страсть к морским судам. Оказывается, что эта страсть распространяется не только на большие океанские грузовые суда, которые строит его компания, но и на суперсексуальные изящные катамараны.
И, конечно, он занимался со мной любовью, сладко, неторопливо. Я качаю головой, вспоминая, как в его опытных руках мое тело выгибалось дугой и сгорало от желания. Он исключительный любовник, я уверена — хотя, конечно, мне не с чем сравнивать. Но Кейт еще больше обожала бы секс, если бы он всегда был таким, как наш с Кристианом; ведь она обычно не замалчивает подробности.
Но долго ли всего этого будет ему достаточно? Я не знаю, и эта мысль меня беспокоит.
И вот он сидит, а я стою в надежном кольце его рук. Мы дружески молчим, а «Грейс» подходит все ближе и ближе к Сиэтлу. Я держусь за руль, Кристиан часто дает мне советы.
— В плавании под парусами есть своя поэзия, древняя как мир, — мурлычет он мне на ухо.
— Похоже на цитату. — Я чувствую его усмешку.
— Да, это почти цитата. Из Антуана де Сент-Экзюпери.
— О, я обожаю «Маленького принца»!
— Я тоже.
Уже вечереет, когда Кристиан, по-прежнему накрывая своими руками мои, направляет судно в марину. На лодках уже зажглись огни, они отражаются от потемневшей воды, но пока еще светло. Ясный, мягкий вечер, прелюдия к роскошному закату.
У причала собирается толпа и смотрит, как Кристиан медленно разворачивает катамаран в сравнительно тесном пространстве. Потом легко и плавно движется задним ходом и швартуется на то же место, откуда мы отплыли. Мак спрыгивает на берег и надежно привязывает «Грейс» к швартовой тумбе.
— Вот и вернулись, — говорит Кристиан.
— Спасибо, — робко благодарю я. — День был удивительный.
Кристиан усмехается.
— Я тоже так считаю. Пожалуй, мы запишем тебя в мореходную школу. Тогда можно будет нам с тобой выходить в море вдвоем на несколько дней.
— С удовольствием. Тогда мы сможем часто наведываться в спальню.
Он наклоняется и целует меня в шею под ухом.
— Хм-м-м… Я буду ждать этого, Анастейша, — сообщает он шепотом, от которого встают дыбом все волоски на теле.
Как он это делает?
— Все, в квартире чисто. Можно возвращаться.
— А как же вещи, оставшиеся в отеле?
— Тейлор уже их забрал.
Да ну?! Когда?
— Сегодня днем, после того, как он со своей группой проверил «Грейс», — отвечает Кристиан на мой невысказанный вопрос.
— Бедняга спит когда-нибудь?
— Спит. — Кристиан удивленно поднимает брови. — Он просто делает свою работу, Анастейша, и делает очень хорошо. Джейсон — настоящая находка.
— Джейсон?
— Джейсон Тейлор.
Я-то думала, что Тейлор — его имя. Джейсон. Что ж, имя ему подходит — солидное, надежное. Почему-то я улыбаюсь.
— Ты без ума от Тейлора, — ворчит Кристиан, хмуро глядя на меня.
— Допустим. — Его замечание меня огорчает. — Но он не интересует меня как мужчина, если ты хмуришься из-за этого. Стоп.
Кристиан почти надул губы.
Господи, иногда он такой ребенок…
— По-моему, Тейлор очень хорошо тебе служит. Поэтому он мне симпатичен. Он надежный, добрый и верный. У меня к нему платоническая симпатия.
— Платоническая?
— Да.
— Ну ладно, платоническая. — Кристиан испытывает на вкус это слово и его значение. Я смеюсь.
— Ах, Кристиан, ради бога, пора тебе повзрослеть!
Он раскрывает рот, удивленный моим замечанием, но потом хмурится, словно обдумывает.
— Я стараюсь, — говорит он после паузы.
— Да, стараешься. Очень, — мягко говорю я, но тут же закатываю глаза от досады.
— Анастейша, знаешь, какие воспоминания ты пробуждаешь у меня, когда закатываешь глаза? — Он ухмыляется.
— Что ж, будешь хорошо себя вести, то, может, мы и освежим эти воспоминания.
Его рот складывается в ироничную улыбку.
— Хорошо себя вести? — Он удивленно поднимает брови. — Мисс Стил, почему вы решили, что я хочу их освежить?
— Вероятно, потому, что когда я сказала об этом, ваши глаза зажглись, как рождественская елка.
— Ты уже так хорошо меня знаешь, — сухо бурчит он.
— Мне хотелось бы знать тебя еще лучше.
— И мне тебя, Анастейша, — отвечает он с нежной улыбкой.
— Спасибо, Мак. — Кристиан жмет руку Мак-Коннелу и ступает на причал.
— Всегда рад помочь, мистер Грей. До свидания. Ана, рад был познакомиться.
Я робко пожимаю ему руку. Он наверняка знает, чем мы с Кристианом занимались на катамаране, когда он сходил на берег.
— Всего хорошего, Мак. Спасибо.
Он усмехается и подмигивает, чем вгоняет меня в краску. Кристиан берет меня за руку, и мы направляемся к променаду.
— Откуда Мак родом? — интересуюсь я, вспомнив его акцент.
— Из Ирландии… Северной Ирландии, — поправляется Кристиан.
— Он твой друг?
— Мак? Он работает на меня. Помогал строить «Грейс».
— У тебя много друзей?
Он хмурит брови.
— Да нет. При моих занятиях… Я не культивирую дружбу. Разве что… — Он осекается и хмурится еще сильнее. Я понимаю, что он хотел упомянуть миссис Робинсон.
— Проголодалась? — спрашивает он, желая сменить тему.
Я киваю. Вообще-то, я умираю с голода.
— Ладно, поедим там, где я оставил машину.