На 50 оттенков темнее читать онлайн

Кристиан берет меня за руку, и мы идем вместе с оживленной толпой к шатру цвета слоновой кости.
Увиденное внутри меня поражает. Три гигантских канделябра бросают радужные искры на шелковый потолок и стены. Стоят не меньше тридцати столов. Они напоминают мне частную столовую в отеле «Хитмен» — хрустальные бокалы, накрахмаленные скатерти и чехлы на стульях, а в центре — изысканная композиция из бледно-розовых пионов, окружающих серебряный канделябр. Рядом стоит корзина со сладостями, драпированная шелковой тканью.
Кристиан смотрит на план и ведет меня к столику в центре. Там уже сидят Миа и Грейс Тревельян-Грей, они увлечены беседой с незнакомым мне молодым человеком. На Грейс блестящее платье цвета мяты с такой же венецианской маской. Она тепло здоровается со мной.
— Ана, я рада вас видеть! Вы чудесно выглядите.
— Здравствуй, мама, — сдержанно говорит Кристиан и целует ее в обе щеки.
— Ох, Кристиан, ты так формально здороваешься! — шутливо упрекает она.
За столик садятся родители Грейс, мистер и миссис Тревельян. Они кажутся молодыми и энергичными, хотя их лица скрыты под бронзовыми масками, поэтому невозможно определить их возраст точно. Они очень рады видеть Кристиана.
— Бабушка, дедушка, позвольте вам представить Анастейшу Стил.
Миссис Тревельян обрушивается на меня.
— Ах, наконец-то он нашел себе девушку, как чудесно, и какая хорошенькая! Что ж, я надеюсь, что вы сделаете из него порядочного человека, — тараторит она, пожимая мне руку.
Вот те раз… Я благодарю небеса за то, что на мне маска. На помощь приходит Грейс.
— Мама, не смущай Ану!
— Милая, не обращай внимания на глупую старушку. — Мистер Тревельян трясет мне руку. — Она считает, что раз она такая старая, то имеет право говорить любую глупость, какая придет ей в голову.
— Ана, это мой друг Шон. — Миа робко представляет своего парня. Он озорно усмехается, а его карие глаза полны удивления, когда мы пожимаем друг другу руки.
— Приятно познакомиться, Шон.
Кристиан обменивается с Шоном рукопожатием и пристально рассматривает его. Нечего и говорить, бедная Миа тоже страдает от властного брата. Я сочувственно улыбаюсь ей.
Ланс и Джанин, друзья Грейс, последняя пара за нашим столом. Не хватает только мистера Каррика Грея.
Внезапно слышится треск микрофона. Голос мистера Грея гремит в акустической системе, заставляя притихнуть гул голосов. Каррик стоит на небольшой сцене в конце шатра. На нем роскошная золотая маска Панчинелло.
— Леди и джентльмены, добро пожаловать на наш ежегодный благотворительный бал. Надеюсь, что вам понравится программа, приготовленная для вас, и вы пошарите в своих карманах и поддержите ту фантастическую работу, которую делает наша команда по программе «Справимся вместе». Как вам известно, мы с женой вкладываем в нее всю душу.
Я с беспокойством кошусь на Кристиана, а он бесстрастно глядит перед собой — вероятно, на сцену. Потом переводит взгляд на меня и хмыкает.
— А сейчас я передаю вас в руки нашего церемониймейстера. Прошу вас, садитесь и наслаждайтесь вечером, — заканчивает свою речь Каррик.
Раздаются вежливые аплодисменты, и гул голосов снова нарастает. Я сижу между Кристианом и его дедом и любуюсь белой кувертной карточкой, на которой каллиграфическим почерком написаны серебряные буквы — мое имя. Официант зажигает канделябр с коническими лампочками. Каррик подходит к столу и, к моему удивлению, целует меня в обе щеки.
— Рад снова вас видеть, Ана, — говорит он. Необычная золотая маска придает ему величественность.
— Леди и джентльмены, пожалуйста, выберите главу вашего стола! — кричит церемониймейстер.
— О-о-о! Меня, меня! — тут же кричит Миа и неистово прыгает на своем стуле.
— В центре стола вы найдете конверт, — продолжает мастер церемоний. — Пускай каждый из вас найдет, попросит, возьмет взаймы или украдет чек с самой большой суммой, какую вы можете себе позволить. Напишите на нем свое имя и положите внутрь конверта. Главы столов, пожалуйста, тщательно охраняйте эти конверты. Они понадобятся нам позже.
Черт! Я не взяла с собой деньги. Как глупо — ведь это благотворительный бал!..
Достав бумажник, Кристиан извлекает из него два чека по сто долларов.
— Вот, держи, — говорит он.
Что?
— Я потом тебе отдам, — шепчу я.
Он кривит губы, но от комментариев воздерживается. Понимаю, он недоволен. Я беру его ручку, черную с белым цветком на колпачке, и пишу свое имя. Миа передает конверт по кругу.
Перед собой я обнаруживаю другую карту с серебряной каллиграфической надписью — наше меню.
БАЛ-МАСКАРАД
В ПОЛЬЗУ ОБЩЕСТВА
«СПРАВИМСЯ ВМЕСТЕ»
МЕНЮ
Тартар из лосося со сметаной и огурцом на тосте из бриоши
Олбан Эстейт Рузанна 2006
Жареная грудка мускусной утки
Пюре из топинамбура со сливками
Черешня, жаренная с чабрецом, фуа-гра
Шатонёф-дю-Пап Вьей Винь 2006/Домен де ля Жанас
Шифоновый бисквит с фундуком и сахарной глазурью
Кандированный инжир, сабайон, мороженое с кленовым сиропом
Вэн де Констанс 2004 Кляйн Констанция
Ассорти из местных сортов сыра и хлеба
Олбан Эстейт Гренаш 2006
Кофе и птифуры
Что ж, теперь понятно, почему перед моей тарелкой столько хрустальных бокалов разной величины. Наш официант вернулся и предлагает вино и воду. За моей спиной опустили края шатра, закрыв проход, через который все вошли. Зато впереди два человека раздвинули полог, и взорам гостей предстал закат солнца над Сиэтлом и заливом Мейденбауэр.
От красоты захватывает дух. В оранжевой воде спокойного залива отражаются мерцающие огни Сиэтла и опаловое небо.
К нашему столику подходят десять официантов с подносами. По безмолвному знаку они абсолютно синхронно подают нам закуски и исчезают. Тартар из лосося восхитителен. Я обнаруживаю, что очень хочу есть.
— Изголодалась? — еле слышно шепчет Кристиан. Я понимаю, что он говорит не о пище, и на его слова отзываются мышцы в глубине моего живота.
— Ужасно, — шепчу я, смело встречая его взгляд, и губы Кристиана раскрываются от прерывистого вдоха.
Ха-ха! Еще поглядим, кто из нас лучше в этой игре.
Дед Кристиана немедленно вступает со мной в беседу. Замечательный старикан, он так гордится своей дочерью и тремя внуками!
Мне так странно представить себе Кристиана ребенком. Тут же приходит на ум воспоминание о его шрамах от ожогов, но я прогоняю его. Сейчас я не хочу об этом думать, хотя, по сути, в этом и заключается смысл нынешнего благотворительного бала.
Жаль, что здесь нет Кейт с Элиотом. Они бы так хорошо вписались в эту картину. А еще Кейт не смутили бы многочисленные ножи и вилки, лежащие на столе. Она даже могла бы поспорить с Миа, кто из них станет главой стола. Мысль вызвала у меня улыбку.
Беседа за столом течет своим чередом. Миа, как всегда, щебечет и совершенно заслоняет бедного Шона, который в основном молчит, как и я. Чаще всех солирует бабушка. Ее шутки полны язвительности и в основном направлены на супруга. Постепенно мне становится немного жалко мистера Тревельяна.
Кристиан и Ланс оживленно говорят об устройстве, которое разрабатывает фирма Кристиана, вдохновленная принципом Эрнста Шумахера «Маленькое красиво». Я с трудом понимаю суть. Кажется, Кристиан намерен обеспечить энергией бедные поселения по всему миру, применяя «заводные технологии» — простые в обслуживании механизмы, которые не требуют ни электричества, ни батареек.
Я смотрю на него новыми глазами. Он страстно мечтает помочь обделенным судьбой беднякам. Через свою телекоммуникационную компанию он намерен первым выйти на рынок с заводным мобильным телефоном.
Ого! А я и не знала. То есть я слышала о его намерении накормить мир, но это…
Кажется, Ланс не понимает Кристиана, когда тот не собирается брать патент на новую технологию. В душе я удивляюсь, как Кристиан заработал такие огромные деньги, если он готов отдать все задаром.
На протяжении всего вечера у нашего стола останавливаются мужчины в хорошо сшитых смокингах и темных масках. Они жмут Кристиану руку, обмениваются с ним любезностями. Кого-то из них он знакомит со мной, но не всех. Я заинтригована, почему он делает между ними такое различие.
Во время одной такой беседы ко мне обращается Миа и спрашивает с улыбкой:
— Ана, ты поможешь нам на аукционе?
— Конечно, — с готовностью отзываюсь я.
Когда дело доходит до десерта, уже совсем темно. Я с трудом сижу за столом. Мне нужно срочно избавиться от шариков. Но прежде чем я успеваю встать, возле нас появляется церемониймейстер, а с ним, если не ошибаюсь, — мисс Европейские Хвостики.
Как ее там? Гензель, Гретель, Гретхен…
Конечно, она в маске, но я знаю — это она краснеет, бледнеет и не сводит глаз с Кристиана. Еще я страшно рада, что Кристиан совершенно ее не узнает.
Церемониймейстер берет наш конверт и произносит длинную и изысканную фразу, в которой просит Грейс достать выигрышный чек. Побеждает Шон, и ему вручают корзинку, завернутую в шелк.
Я вежливо аплодирую, но с трудом слежу за ходом церемонии.
— Прошу меня извинить, — бормочу я Кристиану.
Он пристально глядит на меня.
— Тебе нужно выйти?
Я киваю.
— Сейчас я провожу тебя, — мрачно говорит он.
Я встаю, и все мужчины за столом встают вместе со мной. Ох уж эти хорошие манеры…
— Нет, Кристиан, не уходи с Аной — я пойду с ней.
Миа вскакивает, прежде чем Кристиан успевает что-то возразить. На его челюсти видны желваки; я понимаю, что он недоволен. Честно говоря, я тоже. Мне очень нужно… Я виновато пожимаю плечами, и он смиренно садится.
Вернувшись, я чувствую себя немного лучше, хотя облегчение наступает не так быстро, как я надеялась. Шарики надежно лежат в моей сумочке.
Почему я решила, что смогу выдержать весь вечер? Я по-прежнему страдаю — может, мне удастся потом убедить Кристиана пойти со мной в лодочный сарай. При этой мысли я краснею и гляжу на него. Он встречает мой взгляд, и на его губах появляется тень улыбки.
А, он больше не злится из-за нашего упущенного шанса. Я разочарована, даже раздражена. Кристиан крепко держит мою руку, и мы с ним внимательно слушаем Каррика, который снова вернулся на сцену и рассказывает гостям о программе «Справимся вместе». Кристиан передает мне другую карту — список аукционных цен. Я быстро просматриваю.
АУКЦИОННЫЕ ДАРЫ
И ЛЮБЕЗНЫЕ ПОЖЕРТВОВАНИЯ
В ПОЛЬЗУ ПРОГРАММЫ
«СПРАВИМСЯ ВМЕСТЕ»
Бейсбольная бита с подписями от клуба «Маринерс» — доктор Эмили Мейнуоринг
Сумочка, портмоне и ключница Гуччи — Андреа Вашингтон
Билет на две персоны в «Эсклава», Браверн-центр — Элена Линкольн
Ландшафтный и парковый дизайн — Джиа Маттео Шкатулка из сейшельской пальмы и Парфюмерный набор — Элизабет Остин
Венецианское зеркало — мистер и миссис Дж. Бейли Два ящика вина на ваш выбор от Олбан Эстейтс — Олбан Эстейтс Два ВИП-билета на джазовый концерт XTY — миссис Л. Есиов
День автогонок в Дейтоне — ЭМК Бритт Инк. «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, первое издание — доктор А. Ф. М. Лейс-Филд
Однодневная поездка на «Астон-Мартин DB7» — мистер и миссис Л. У. Нора
Живопись (масло) «В синеву», Дж. Троутон — Келли Троутон
Полет на дельтаплане с инструктором — Общество дельтапланеристов, Сиэтл
Воскресный отдых в отеле «Хитман» на двоих — отель «Хитман»
Путевка на неделю в Аспен, Колорадо (шесть ночей) — мистер К. Грей
Плавание неделю на яхте «Сьюзи-Кью» (шесть ночей), отправление из Сент-Люсия — доктор и миссис Ларин
Путевка на неделю на озеро Адриана, Монтана (восемь ночей) — мистер и доктор Грей
Вот это да! Я гляжу на Кристиана.
— У тебя есть собственность в Аспене? — спрашиваю я. Аукцион уже начался, и мне приходится понижать голос до шепота.
Он кивает, удивленный и даже немного раздраженный моим интересом. Подносит палец к губам.
— У тебя повсюду есть собственность? — шепчу я.
Он опять кивает и предостерегающе трясет головой.
Все ликуют и аплодируют; один из лотов достиг аж двенадцати тысяч долларов.
— Я тебе потом расскажу, — спокойно говорит Кристиан. — Я хотел пойти с тобой, — добавляет он с легкой обидой.
Ну, а сам не пошел… Я хмурюсь и понимаю, что до сих пор недовольна. Несомненно, это отрицательный эффект шариков. Мое настроение портится еще больше, когда я вижу миссис Робинсон в списке щедрых жертвователей.
Я оглядываюсь по сторонам, ищу ее, но нигде не вижу ее пышных волос. Конечно, Кристиан предупредил бы меня, что она тоже приглашена. Я сижу и парюсь, аплодирую, когда надо, ведь каждый лот продается за баснословные деньги.
Путевка в Аспен, пожертвованная Кристианом, достигла цены в двадцать тысяч.
— Двадцать тысяч раз, двадцать тысяч два, — объявляет мастер церемоний.
Не знаю, что меня толкнуло, но внезапно я слышу собственный голос, перекрывающий шум аукциона:
— Двадцать четыре тысячи долларов!
Все маски за столом поворачиваются ко мне в немом удивлении, но самую сильную реакцию я ощущаю рядом со мной. Я слышу, как он резко задерживает дыхание, как его гнев обрушивается на меня, словно морская волна.
— Двадцать четыре тысячи долларов, прелестная леди в серебряной маске. Раз… два… Продано!
Глава 7
Черт, неужели я действительно решилась на такое? Вероятно, подействовал алкоголь. Я выпила бокал шампанского плюс четыре бокала разного вина. Я с опаской гляжу на аплодирующего Кристиана.
Господи, сейчас он разозлится, а ведь все было так хорошо! Мое подсознание наконец-то решило заявить о себе и надело на себя маску «Крик» Эдварда Мунка.
Кристиан наклоняется ко мне с улыбкой, широкой и фальшивой. Целует меня в щеку, потом шепчет на ухо ледяным и сдержанным тоном:
— Не знаю, то ли мне благоговейно поклоняться, то ли хорошенько отшлепать и выбить из тебя дурь.
Ну а я знаю, чего хочу прямо сейчас. Я гляжу на него сквозь маску. Хочу прочесть, что в его глазах.
— Я бы выбрала второй вариант, — горячо шепчу я, когда аплодисменты затихают.
Он раскрывает губы и резко вдыхает воздух. Ах, эти точеные губы — как я хочу к ним припасть! Я мучительно хочу его. Он отвечает мне искренней, сияющей улыбкой, и у меня перехватывает дыхание.
— Ты выбираешь страдание? Что ж, поглядим, как нам это организовать… — Он проводит пальцами по моей щеке.
Его прикосновение отзывается глубоко-глубоко внутри меня, там, где растекаются боль и истома. Я хочу наброситься на него прямо тут, немедленно, но вместо этого мы сидим и смотрим, как торгуется очередной лот.
Я с трудом сижу на месте. Кристиан обнял меня за плечи, его большой палец ритмично гладит мою спину, посылая восхитительные мурашки вдоль позвоночника. Другой рукой он сжимает мою руку, подносит ее к губам, кладет к себе на колени.
Он делает это неторопливо, и я не понимаю его игры, пока не становится слишком поздно: он как бы невзначай кладет мою руку так, что я чувствую его эрекцию. Я вздрагиваю, в панике обвожу взглядом сидящих за столом, но их внимание направлено на сцену. Слава богу, на мне маска…
Воспользовавшись этим, я ласкаю его, даю волю своим желаниям. Кристиан прикрывает мою руку своей, прячет мои смелые пальцы, а другой рукой щекочет мне затылок. Его губы разжались, он прерывисто дышит, и это единственная реакция на мои наивные прикосновения. Но она значит для меня так много. Он хочет меня. Спазм распространяется по моему животу. Положение становится невыносимым.
Неделя у озера Адриана в Монтане — финальный лот аукциона. Конечно, у мистера Грея и его супруги там есть дом; цена быстро растет, но я едва слежу за ней. Я чувствую, как нечто растет под моими пальцами, и у меня кружится голова от осознания своей власти.
— Продано за сто десять тысяч долларов! — торжественно объявляет церемониймейстер.
Буря аплодисментов. Я с неохотой присоединяюсь, Кристиан тоже. Удовольствие испорчено.
Он поворачивает ко мне лицо и спрашивает одними губами:
— Готова?
Я киваю.
— Ана! — зовет Миа. — Пора!
Что?.. Нет… Не надо!..
— Что пора?
— Аукцион первого танца. Пойдем! — Она встает и протягивает мне руку.
Я растерянно гляжу на Кристиана; он злится на сестру, а я не знаю, плакать мне или смеяться; побеждает смех. Я подавляю лихорадочный приступ смеха, какой иногда настигает школьницу на серьезном уроке. Наши планы опять смяты в лепешку гусеницами розового танка по имени Миа Грей. Кристиан смотрит на меня, и на его губах возникает призрак улыбки.
— Первый танец со мной, да? И не на танцполе, — страстно шепчет он мне.