Ирландия читать онлайн

– Размолвка? – очень спокойно обратился он к Гоибниу.

– У нас был договор.

– О чем?

– О его дочери. Ее здесь нет. Она обещана человеку из Ульстера, и я приехал, чтобы забрать ее. А потом, – кузнец презрительно глянул на Фергуса, – этот мужлан меня ударил.

Верховный король повернулся к Фергусу. Так, значит, это и есть вождь из Дуб-Линна. Королю хватило одного взгляда, чтобы понять, что за человек стоит перед ним.

– Но, как видишь, его дочь здесь. – Король показал на Дейрдре. Увидев девушку, Гоибниу не мог скрыть изумления. – Что скажешь ты, Фергус?

– Этот человек назвал меня лжецом! – с горячностью воскликнул Фергус и добавил, уже более спокойно: – Моя дочь достойна принца, а теперь я навлек на нее бесчестье.

Краем глаза король видел, как несколько самых знатных гостей с одобрением посмотрели на этого бедного, но гордого вождя. И согласился с ними.

– Похоже, Гоибниу, – мягко начал он, – ты ошибся насчет этой девушки. Может, и насчет удара ты тоже ошибался, как думаешь? Может, тебе лишь померещилось, что он собирается тебя ударить? – Темно-синие глаза короля смотрели на кузнеца в упор.

Кем бы ни был Гоибниу, но уж точно не глупцом.

– Такое вполне могло быть, – согласился он.

– Вероятно, ты просто растерялся.

– Растерялся… Да, пожалуй.

– Что ж, присоединяйся к нашему пиру, Гоибниу. Забудь обо всем. Что до тебя, – король повернулся к Фергусу, – подожди меня снаружи, Фергус сын Фергуса. Возможно, мне есть что тебе сказать.

С этими словами король кивнул музыкантам, те снова принялись дуть в свои волынки, и пир возобновился.

Но хотя праздник и продолжался, и Фергус ждал снаружи, и Дейрдре, не зная, что думает король о ее несчастном отце, изо всех сил старалась выполнять свои обязанности, никто из гостей, глядя на кустистые брови и красное лицо островного монарха, никогда не догадался бы, что на самом деле происходит в его голове.

Вот так повезло, думал он. Все сложилось как нельзя лучше, и теперь его замысел наконец получил то, чего ему недоставало. Осталось лишь увидеться с этим человеком из Дуб-Линна, и ловушка захлопнется. Нежданно-негаданно сами боги направили ему этого горемычного посланца удачи. В разгар пиршества он огласит свое решение. На закате солнца.

Позже в тот же день на радость изумленным зрителям и под зорким наблюдением одного из младших друидов состоялась небольшая церемония.

Всячески изъявляя взаимную учтивость, Фергус и Гоибниу встали лицом друг к другу. Начал по приказу друида Гоибниу. Распахнув рубаху, он обнажил грудь перед Фергусом, который торжественно сделал шаг вперед, сжал губами один из сосков на груди кузнеца и мгновение-другое посасывал его. Потом Фергус отступил назад, открыл свою грудь, и теперь уже Гоибниу оказал ему те же почести. После этого мужчины кивнули друг другу, а друид объявил, что церемония завершена. Так на острове проходил обряд примирения двух поссорившихся мужчин. Теперь кузнец и Фергус, несмотря на свои разногласия, были связаны узами дружбы. В других местах такие договоры скрепляло рукопожатие, курение трубки или смешивание крови. Здесь таким символом было целование соска.

Сделано это было по срочному указу самого верховного короля. Поскольку ничто, как он сказал, не должно омрачать мир и всеобщую радость королевского пира.

Конал и Финбар стояли на вершине Уснеха. Солнце висело над горизонтом, и алый отблеск от его огненного сияния упал на бледное лицо принца, когда он повернулся к другу и сказал, что им пора спускаться. Нужно было возвращаться на пир. И только теперь, после долгого молчания, Финбар наконец решился спросить:

– Ты видел девушку?

– Я видел девушку.

– И что будешь делать?

– Это ведь ты устроил так, что она оказалась на пиру? – вдруг догадался Конал.

– Ну я. Простишь меня?

– Ты правильно поступил. – Конал грустно улыбнулся. – Ты ведь всегда будешь мне верным другом, Финбар, что бы ни случилось?

– Конечно, – пообещал Финбар. – Так как же Дейрдре?

– Спроси меня завтра.

Финбар вздохнул. Он знал, что настаивать бесполезно. Поэтому просто нежно сжал руку друга.

Они спустились с холма, когда уже стемнело. Вокруг горели факелы. По дороге к пиршественному залу друзья встретили старую жрицу, она кивнула Коналу, и принц вежливо поклонился в ответ. У входа в зал они расстались, и Финбар проводил друга взглядом. Через мгновение он увидел, как внутрь входят Фергус и его дочь. Вождь выглядел заметно повеселевшим. Очевидно, верховный король сжалился над ним, а вот девушка, к удивлению Финбара, казалась встревоженной.

Когда король встал, в зале сразу стало тихо.

С едва заметной улыбкой он негромко обратился с приветствием ко всем собравшимся. Потом поблагодарил друидов. Поблагодарил вождей за то, что те исправно платили дань. И как бы невзначай добавил, что, к его радости, должников на острове нет. После этого наступила пауза.

– Кроме разве что одного человека из Коннахта, – продолжил король.

Теперь все повернули к нему головы, ожидая дальнейших объяснений. Но верховный король не торопился, он выжидал. Наконец, изобразив на лице насмешливое удивление, он произнес:

– Похоже, его просто не было дома, когда мы его навещали.

Раздался смех. Значит, короля это развеселило. Но к чему он клонит? Застывшая улыбка на его лице становилась угрожающей.

– Мой племянник Конал, – король кивнул в сторону бледного принца, – и с ним еще кое-кто собираются навестить того человека. – Король окинул зал взглядом. – Они отправятся на рассвете.

Он дружески кивнул гостям. Потом повернулся к жене и тоже кивнул ей. А после этого преспокойно уселся на свое место.

Казалось, все в зале на миг задержали дыхание. Потом кто-то засмеялся, сначала чуть нервно, потом уже более уверенно. Мужчины начали стучать ладонями по столам в знак одобрения.

– На Белтейн, – выкрикнул кто-то, – этот коннахтец никак такого не ожидает! – Снова смех. – Еще пожалеет, что его не оказалось дома вовремя.

Теперь они у него в руках. Это было решительное подтверждение власти, соединенное с дьявольской хитростью. Отныне его станут уважать. Подданным понравился мрачный юмор ситуации. А когда вместо дани приведут роскошного быка, весь остров начнет восхищаться королевской местью. Конечно, те, кто знал о желании Конала стать друидом и его отвращении к подобным затеям, смотрели на все это иначе. Но даже любимый племянник должен был склонить голову перед волей короля.

– И все же король прав, – тихо говорили они. – Это необходимо сделать.

Верховный король посмотрел туда, где стоял несчастный Конал. Племянник выглядел потрясенным. Значит, Ларине сказал юноше о его обещании не принимать решение до разговора. Что ж, напрасно он так поступил. Теперь это будет уроком и для Ларине, и для племянника. Принцы служат королям, им обоим следовало об этом помнить.

Кроме того, рассудил король, молодой человек, похоже, сам толком не знает, чего хочет, и возможно, отправляя его в такой поход, он оказывает ему услугу. Он взглянул на свою жену. Как он и предполагал, королева одарила его лучезарной улыбкой. Ведь она добилась своего. Верховный король улыбнулся в ответ.

Когда спустя некоторое время он снова встал, все удивились. Быть может, король решил отметить кого-то особо? Все слушали с почтением.

– Я должен объявить еще кое о чем. На этот раз о радостном событии. – Король медленно оглядел гостей, чтобы они твердо уяснили: радоваться обязательно. – Как вы знаете, мне воистину повезло так много лет прожить с моей прекрасной женой. – Король склонил голову в сторону королевы, и по залу тут же пробежал тихий ропот не слишком искреннего одобрения. – Однако, – продолжил король, – у нас есть обычай время от времени брать себе вторую жену. – В зале воцарилось гробовое молчание. – Поэтому я решил вдобавок к моей дражайшей женушке взять себе еще одну.

От изумления все в зале охнули. Взгляды гостей устремились к королеве, которая сидела с таким видом, будто ее ударили камнем по голове. Мужчины, знавшие о ее властном характере, переглянулись. Женщины – по крайней мере, некоторые – были потрясены. Хотя многие из них в разное время пострадали от тяжелой руки королевы. И через мгновение-другое, как роса собирается на листьях в единую каплю, так и у всех в зале возникла одна и та же мысль: королева сама виновата.

Но кто же невеста? По знаку короля вперед выступил высокий длинноусый мужчина под руку с красивой девушкой, которая еще недавно разливала эль и подносила им еду. Гости в недоумении смотрели друг на друга. Что все это значило?

– Дейрдре дочь Фергуса сына Фергуса из Дуб-Линна, – объявил король, потом, улыбаясь девушке, подозвал к себе Фергуса и так крепко обнял его за плечи, что вождь, который весь светился от счастья, словно в одиночку разбил целую армию, почувствовал себя в объятиях своего монаршего зятя, как в тисках.

Первым опомнился Гоибниу, и пока все остальные еще собирались с мыслями, быстро вскочил на ноги и, подняв вверх свой кубок, закричал:

– Долгой жизни и доброго здоровья нашему королю и Дейрдре!

И гости, сообразив наконец, в какую сторону дует ветер, присоединились к кузнецу одобрительным гулом.

Король внимательно наблюдал за каждым. Он мог бы развестись с королевой. Развод на западном острове считался делом обычным и нехлопотным. Но это оскорбило бы семью королевы, а ее семья была важна, хотя он и ослабил отныне ее влияние, взяв себе новую невесту. Его выбор тоже был хорошо продуман. Любой мужчина на острове имел право на двух жен, но королю следовало быть осмотрительным. Выбрав дочь одного из великих вождей, он оскорбил бы остальных. Конечно, он мог иметь наложницу, однако цель его состояла не в этом. Брак означал некое соотношение сил, нравится это кому-то или нет. Королю было необходимо уменьшить влияние королевы, и он этого добился. К тому же девушка принадлежала к знатному роду и выглядела как настоящая принцесса, вот только отец ее оказался никчемным бедняком. Хозяин болот, безлюдных земель и заброшенной речной переправы.

Предполагаемый муж из Ульстера не должен доставить никаких хлопот. Король собирался отправить к нему кого-нибудь со щедрыми дарами. И человек из Ульстера должен будет признать превосходство верховного короля. Что до Гоибниу, то король уже втайне позаботился о том, чтобы кузнец получил компенсацию за несостоявшийся брак. Поэтому все должны быть счастливы, кроме, быть может, Конала и самой девушки.

– Брачный пир состоится завтра вечером, – сообщил король.

Ночь была темная, звезды скрылись за облаками. В непроглядном черном небе не было даже крошечного проблеска света, и Дейрдре пришлось пробираться в полной темноте, которая словно нарочно сгущалась вокруг нее.

Девушка то и дело натыкалась на сделанные из воловьих шкур борта повозок или на временные жилища, разбросанные тут и там, несколько раз тревожила людей, которые спали на земле, завернувшись в накидки. В ночной тишине отчетливо слышался храп или более интимные звуки. Ее отец, довольный и счастливый, сейчас спал спокойным сном в пиршественном зале, как и полсотни других гостей. Но Дейрдре больше не могла находиться там, поэтому она оставила его и, пройдя мимо угасающих факелов перед входом, побрела туда, где стояла их повозка, в которой, как она надеялась, ее ждали младшие братья. Странно, что в такой тяжелый для нее час ей приходилось искать утешения у этих маленьких бездельников, которые, быть может, вообще напились до бесчувствия и не вспоминают о ней. Но ведь они ее семья. Хорошая или плохая, но она есть. И это ее последняя ночь с родными.

А потом? Потом она выйдет замуж за короля. Дейрдре не винила отца. Он все равно ничего не мог изменить. Она не винила его даже за то, каким довольным он выглядел там, на пиру. Да и как могло быть иначе? Разве Дейрдре могла ему сказать, что, стоя перед королем, она не испытывала ничего, кроме ужаса? Не только потому, что верховный король годился ей в отцы. Пожилые мужчины могут быть привлекательными. Но его смуглое лицо, налитые кровью глаза, рыхлое тело, руки, похожие на жуткие волосатые лапы, – все это внушало ей отвращение. Неужели уже следующей ночью ей придется отдать ему свою юность? Неужели год за годом он будет единственным мужчиной, которого она познает, и так до самой его смерти? Или до ее смерти? Когда она стояла перед гостями праздника, ей понадобилась вся ее сила воли, чтобы не выказать своего омерзения. Даже тот мужчина из Ульстера, с горечью подумала Дейрдре, и то был бы не настолько плох. Он не вызывал в ней неприязни. Наверное, со временем она даже научилась бы любить его.

А как же Конал? Что он собирался сказать ей утром? Может, после долгих раздумий, он наконец решил жениться на ней? Эта мысль причинила ей такую боль, что она едва сдержалась. Слишком поздно.

Ей показалось, что впереди, в беспросветной темноте, проступили очертания их повозки. Осторожно продвигаясь вперед, девушка наконец добралась до места. Да, это их повозка. Дейрдре уже слышала сонное посапывание братьев. И когда она начала поднимать кожаную завесу, кто-то вдруг схватил ее за руку.

– Вышла прогуляться? – раздался в темноте свистящий шепот.

Вступайте в группу в ВК
https://vk.com/books_reading_vk
Facebook

Telegram