Идиотский бесценный мозг читать онлайн

Нахождение под водой никак не было связано с тем, что заучивали испытуемые, но оно выступало как контекст, в котором происходило запоминание, и во время проверки это сильно им помогло. Многие воспоминания о том, где происходило усвоение информации, связаны с актуальным на тот момент контекстом. Помещение человека в тот же самый контекст, по сути, частично «активирует» воспоминание, поэтому вызвать его становится значительно проще. Важно указать, что память о происходящих с нами событиях – это не единственный вид памяти. Она называется «эпизодической», или «автобиографической» памятью, что говорит само за себя. Однако у нас есть также «семантическая» память, предназначенная для чистой информации без учета контекста: вы помните, что скорость света выше скорости звука, а не тот урок физики, на котором вы об этом узнали. Воспоминание о том, что Париж – столица Франции, – это семантическая память, воспоминание о том, как вас стошнило на Эйфелевой башне, – это эпизодическая память.

И это те виды долговременной памяти, которые мы осознаем. Многое из того, что хранится в долговременной памяти, нам не нужно осознавать. Например, мы можем выполнять не задумываясь некоторые действия, такие, как вождение автомобиля или езда на велосипеде. Это называется «процедурная» память.

Эй, это же… ты! Из… оттуда… тогда

(Почему мы запоминаем лица легче, чем имена)

«Ты помнишь девушку, вместе с которой учился в школе?»

«А можно поконкретнее?»

«Да ты ее знаешь, такая, высокая. Темно-русые волосы, хотя, между нами, я думаю, что она их красила. Она жила на соседней улице, а затем ее родители развелись и мать переехала в ту квартиру, в которой жила семья Джонсов до отъезда в Австралию. Ее сестра дружила с твоей кузиной, пока не забеременела от того парня. Произошел даже небольшой скандал вокруг этой истории. Она всегда носила красное пальто, и оно ей не шло. Понял, о ком я говорю?»

«Как ее зовут?»

«Понятия не имею».

У меня было бессчетное множество разговоров, подобных этому, с мамой, бабушкой и другими членами семьи. Очевидно, что с их памятью и наблюдательностью все в порядке; они могут выдать о ком-нибудь столько информации, что переплюнут даже Википедию. Однако все как один жалуются на то, что не могут вспомнить имя человека, даже когда случайно встречают его.

Почему это происходит? Почему мы можем узнать кого-то в лицо, но не можем вспомнить его имени? Ведь и то и другое – одинаково корректные способы опознать кого-либо. Чтобы разобраться в этом, нам надо немного углубиться в механизмы работы человеческой памяти.

Прежде всего лица очень информативны. Мимика, зрительный контакт, движения рта – это все базовые способы человеческого общения [7]. Черты лица так же несут много информации: цвет глаз, цвет волос, строение черепа, расположение зубов – по всему этому можно узнать человека. Подобных признаков слишком много, и для того чтобы лучше узнавать лица, обрабатывать информацию о них, человеческий мозг, судя по всему, обрел в ходе эволюции некоторые особенности, например способность к распознаванию паттернов и общую предрасположенность видеть лица в различных изображениях, о чем мы поговорим в главе 5.



Что же мы можем получить из чьего-то имени? Возможно, некоторые намеки на происхождение или культурные корни этого человека, но в целом имя – это всего-навсего пара слов, произвольный набор звуков, быстрая последовательность шумов, которая, как вам сказали, относится к конкретному лицу. И что с того?

Как мы уже выяснили, случайная информация переходит из кратковременной памяти в долговременную при ее повторение. Иногда этот шаг можно пропустить, особенно если эта информация связана с чем-то значимым или вызывающим сильные эмоции – тогда она откладывается в эпизодической памяти. Если бы вы встретили самого прекрасного человека в своей жизни и влюбились в него с первого взгляда, то неделями шептали бы про себя его имя.

Но такое происходит не всегда (и слава богу). Так что единственный способ гарантированно запомнить новое имя – повторять его, пока оно не исчезло из вашей кратковременной памяти. Из раздела «Зачем я сейчас сюда зашел?» понятно, что то, о чем вы думаете, может быть с легкостью переписано или замещено следующей информацией, которая к вам поступила и которую вам теперь надо обработать. Очень редко бывает, чтобы человек, с которым вы только что познакомились, сообщил только свое имя и больше ничего. Вас неминуемо вовлекут в разговор о том, откуда вы родом, кем работаете, за что вас арестовали и тому подобное. Социальный этикет требует, чтобы при первой встрече мы обменивались любезностями (даже если нам это не нужно). Каждая любезность, которой мы с кем-то обмениваемся, увеличивает шансы, что имя этого человека будет вытеснено из кратковременной памяти прежде, чем мы успеем его закодировать.

Многие люди знают десятки имен и не считают, что запоминать новые имена особенно сложно. Их память соотносит услышанное имя с самим человеком, так что в мозге образуется связь между человеком и именем. По мере того как вы начинаете больше общаться, образуется все больше связей с человеком и его именем и повторение имени уже не требуется. Запоминание происходит на бессознательном уровне благодаря вашему длительному общению с человеком.

У мозга есть множество стратегий, при помощи которых он создает большинство воспоминаний в кратковременной памяти. Одна из них заключается в том, что если единовременно на вас обрушивается множество деталей, мозг стремится сделать акцент на первом и последнем из услышанного вами (это известно как «эффект первичности» и «эффект недавности» соответственно) [8]. Таким образом, имя вашего собеседника, возможно, получит больший вес по сравнению с прочей информацией при знакомстве, если это будет первое, что вы услышите (а обычно так оно и происходит).

Более того, одно из различий между кратковременной и долговременной памятью – каждая из них предпочитает обрабатывать разные виды информации. Кратковременная память преимущественно слуховая и сконцентрирована на обработке информации в виде слов и определенных звуков. Вот почему вы ведете внутренние монологи и думаете предложениями и словами, а не последовательностью картинок, как в фильмах. Чье-то имя – это пример звуковой информации; вы слышите слова и думаете о них как о наборе звуков, из которых они образованы.

Долговременная память, напротив, сильно зависит от зрения и семантических свойств информации (то есть значений слов, а не того, как они звучат) [9]. Поэтому насыщенный информацией зрительный стимул, как, скажем, чье-нибудь лицо, с большей вероятностью попадет в долговременную память, чем какой-то случайный набор звуков вроде незнакомого имени.

С чисто объективной точки зрения имя и лицо человека по большому счету никак не связаны. Возможно, вы слышали, как кто-то говорит: «Ты прямо вылитый Мартин» (после того, как узнает, что его собеседника зовут Мартин), но на самом деле практически невозможно угадать имя, просто взглянув на лицо, – разве что это имя написано на лбу этого человека.

Допустим, чьи-то имя и лицо были успешно сохранены в долговременной памяти. Замечательно. Но это только половина дела – теперь вам надо при необходимости получать доступ к этой информации. И это, к сожалению, может оказаться нелегко.

Мозг представляет собой страшно запутанный клубок связей и соединений, подобный спутавшейся елочной гирлянде размером с нашу вселенную. Долговременные воспоминания состоят из этих соединений и синапсов. Один нейрон может быть соединен с десятками тысяч синапсов, а нейронов в мозге миллиарды. Все эти синапсы обеспечивают наличие связи между конкретным воспоминанием и более «исполнительными» зонами мозга (которые отвечают за логическое мышление и принятие решений), такими как лобная кора, ей требуется находящаяся в памяти информация. Именно эти связи позволяют областям вашего мозга, ответственным за мышление, «добираться» до воспоминаний, если можно так выразиться.

Чем больше связей имеет конкретное воспоминание и чем «сильнее» (активнее) образующие его синапсы, тем легче получить к нему доступ. Точно так же гораздо проще добраться до места, где есть множество дорог и транспортных связей, чем до заброшенного в глуши сарая. Так, имя и лицо супруга, с которым вы прожили много лет, будут встречаться во многих воспоминаниях, поэтому они всегда на переднем крае вашего сознания. К другим людям вы вряд ли будете относиться так же (если, конечно, ваши отношения не зашли столь же далеко), и вспомнить их имена будет сложнее.

Если мозг уже сохранил чье-то лицо и имя, почему мы все же вспоминаем первое, а не второе? Дело в том, что, когда мозг доходит до извлечения информации из памяти, оказывается, что система памяти работает на двух уровнях. Именно поэтому возникает чувство, что человек знаком, но когда и как вы познакомились и также его имя – никак не вспомнить. Так случается из-за того, что для мозга узнавание и воспоминание – не одно и то же [10]. Поясню: узнавание происходит, когда вы видите кого-то или что-то и точно знаете, что раньше вы уже встречались. Но, кроме этого, вам больше ничего не приходит в голову; вы знаете только, что этот человек или предмет уже есть в вашей памяти. Воспоминание происходит, когда вы получаете доступ к исходной информации о том, как и откуда вы знаете этого человека или предмет; узнавание – это сигнал о том, что соответствующая информация существует.

У мозга есть несколько путей и способов вызвать воспоминание, но вам не нужно этого делать, чтобы узнать о его существовании. Бывало у вас так, что вы пытались сохранить на своем компьютере файл и получали сообщение «Такой файл уже существует»? В вашей голове происходит примерно то же самое. Вы знаете только, что такая информация уже есть, но вы до нее еще не добрались.

Очевидно, что у такой системы есть сильные преимущества – благодаря ей вам не надо тратить слишком много бесценных ресурсов мозга на то, чтобы выяснить, не сталкивались ли вы с чем-либо раньше. А в жестоких реалиях дикой природы что-то знакомое – это то, что вас не убило, поэтому вы можете сосредоточиться на том, что могло бы. С точки зрения эволюции мозгу имеет смысл работать именно так. Учитывая то, что лицо дает больше информации, чем имя, оно с большей вероятностью окажется «знакомым».

Но все равно нас, современных людей, безумно раздражает, когда нам регулярно приходится перекидываться парой слов с теми, кого, как мы точно уверены, что знаем, но откуда – не можем вспомнить. Многим из нас знакомо чувство, когда смутное узнавание переходит в полноценное воспоминание. Некоторые ученые описывают это как «порог узнавания» [11], когда нечто неизвестное становится все более знакомым, пока не достигает критической точки и не активирует исходное воспоминание. Искомое воспоминание связано с несколькими другими – когда их вызывают, они начинают выступать в качестве периферической, или низкоуровневой, стимуляции, подобно тому как огни салюта освещают находящийся неподалеку дом с погашенными окнами. Однако целевое воспоминание не будет активировано до тех пор, пока уровень стимуляции не перейдет определенный порог.

Вы слышали выражение «на меня нахлынули воспоминания» или знакомо ли вам чувство, когда ответ на вопрос викторины крутится на кончике языка, прежде чем внезапно приходит вам на ум? Вот с чем это связано. Воспоминание, лежащее в основе процесса узнавания, в какой-то момент получило достаточно стимуляции и наконец-то активировалось. Соседский салют разбудил живущих в доме людей, и они включили свет, и теперь вся хранящаяся в воспоминании информация стала доступной.

В целом лица легче вспомнить, чем имена, – они более «осязаемы», но для имени простого узнавания, скорее всего, окажется недостаточно и придется запускать полный процесс воспоминания. Надеюсь, что благодаря этому знанию вы поймете, что я не помню ваше имя не потому, что я грубиян.

Бокал вина, освежающий воспоминания

(Как алкоголь на самом деле может улучшить вашу память)

Людям нравится пить спиртное. Так сильно, что связанные с алкоголем проблемы представляют собой постоянную головную боль для многих народов. Эти проблемы настолько устойчивы и широко распространены, что борьба с ними приводит к многомиллиардным тратам [12]. Почему же нечто разрушительное имеет столь высокую популярность?

Может быть, потому, что пить – это весело. Помимо того что алкоголь вызывает выброс дофамина в областях вашего мозга, связанных с наградой и удовольствием (см. главу 8), благодаря ему еще и возникает тот странный душевный подъем, который так ценят любители выпить. С алкоголем связаны определенные социальные нормы: он является практически неотъемлемой частью праздников, дружеских посиделок и просто приятного времяпрепровождения. Из-за всего этого, как вы понимаете, о пагубных последствиях употребления спиртного постоянно забывают. Да, похмелье – это, несомненно, тяжело, но посмеяться над похмельем и сравнить, у кого оно было тяжелее, – это еще один способ приятно провести время с друзьями. Поведение пьяных людей в определенных ситуациях может сильно нас встревожить, но когда все вокруг так делают, это становится забавным, верно? Алкоголь – необходимый нам отдых от серьезности и высоких требований, предъявляемых нам современным обществом.

Алкоголь и потеря памяти идут, пошатываясь, рука об руку. В ситкомах, выступлениях комиков и даже личных байках часто используется комический штамп, где человек просыпается после ночной пьянки и обнаруживает себя в неожиданной ситуации, странно одетым, среди дорожных конусов, храпящих незнакомцев, рассерженных лебедей и прочих вещей, которые не попали бы в его спальню при обычных обстоятельствах.

В таком случае каким образом алкоголь может улучшить нашу память, как это было заявлено в заголовке? Для начала необходимо обсудить, почему вообще алкоголь влияет на память. В конце концов, мы потребляем огромное количество других химикатов и веществ каждый раз, когда что-то съедаем. Почему же после этого мы не путаем слова и не лезем в драку с фонарными столбами?

У мозга и тела есть несколько уровней защиты (желудочный сок, сложно устроенная оболочка кишечника, специальный барьер, не пускающий вредные вещества в мозг), предотвращающих попадание потенциально вредных веществ в системы нашего организма. Однако спирт (особенно этанол, который мы пьем) растворяется в воде, а его молекулы достаточно малы, чтобы миновать все эти уровни защиты. В конечном счете выпитый нами алкоголь через кровоток распределяется по всему организму. А когда он накапливается в мозге, нарушается работа некоторых очень важных механизмов.

Алкоголь – это депрессант [13]. Не потому что на следующее утро вы угнетены и ужасно себя чувствуете (хотя, ей-богу, так оно и происходит), а из-за того, что он буквально угнетает активность нервов в мозге. Алкоголь снижает их активность, как человек, уменьшающий громкость звука в колонках. Но почему под его воздействием люди ведут себя так странно? Раз активность мозга снижена, не должны ли пьяные тихо сидеть и пускать слюни?

Бесчисленные процессы мозга в момент нашего бодрствования нужны не только для того, чтобы что-то происходило, но и для того, чтобы что-то не происходило. Мозг очень сильно контролирует все, что мы делаем, но делать все сразу невозможно, и поэтому значительная часть усилий мозга направлена на подавление и остановку активации определенных областей. Вспомните, как в большом городе регулируется дорожное движение: это сложный процесс, до определенной степени зависящий от знаков «стоп» и красных сигналов светофора. Без них город за считаные минуты встал бы в сумасшедшую пробку. Точно так же у мозга есть огромное множество зон, которые отвечают за выполнение важных и значимых функций, но только когда это необходимо. Например, часть мозга, отвечающая за движение ноги, очень важна, но не когда вы пытаетесь спокойно сидеть на рабочей встрече – во время нее другая часть мозга будет говорить отвечающей за ногу части: «Не сейчас, дружище».

Спиртное приглушает или выключает красные сигналы светофора в зонах мозга, которые обычно держат под контролем легкомысленность, эйфорию и гнев или подавляют их. Кроме того, алкоголь отключает области, ответственные за четкость речи и координацию движений при ходьбе [14].

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Вступайте в группу в ВК
https://vk.com/books_reading_vk
Facebook

Telegram