50 оттенков свободы читать онлайн

Ого! А я уже и забыла. Европа.
– Я хочу тебя… пожалуйста…
Он нависает надо мной, опускается, удерживаясь на локтях, приникает ко мне носом, и я глажу его по сильной, широкой спине, рельефным ягодицам…
– Миссис Грей. Мы готовы угодить вам. – Его губы касаются меня легко, словно крылья бабочки. – Я люблю тебя.
– Я тоже люблю тебя.
– Открой глаза. Я хочу тебя видеть.
– Кристиан… о… – Я тихонько вскрикиваю – он медленно входит в меня.
– Ана… о, Ана, – выдыхает он и начинает…

– Ты что это делаешь? – кричит Кристиан, и я выныриваю из чудесного сна. Весь мокрый и прекрасный, он стоит у моего шезлонга и сердито смотрит на меня.
Что? Что такого я сделала? О нет… я лежу на спине и… Черт, черт, черт. А он точно су-масшедший.

Глава 2

Я растерянно моргаю. Сна как не бывало, сладкий эротический сон растаял.
– Лежала лицом вниз, должно быть, перевернулась во сне, – невнятно бормочу я в свое оправдание.
Кристиан готов испепелить меня взглядом. Наклоняется, подбирает бикини и бросает мне.
– Надень! – шипит он.
– Но никто же не смотрит.
– Смотрят, ты уж мне поверь. А уж Тейлор и секьюрити наверняка наслаждаются зрели-щем!
Черт! Ну почему я постоянно о них забываю? Охваченная паникой, я торопливо прикры-ваю груди ладонями. После того неприятного случая с «Чарли Танго» за нами постоянно сле-дуют эти чертовы секьюрити.
– Да, – рычит Кристиан. – А еще тебя мог щелкнуть какой-нибудь мерзавец-папарацци. Хочешь появиться на обложке «Стар»? Теперь уже голая?
Черт! Папарацци! Вот же гадство! Я пытаюсь быстренько натянуть топ, но, как всегда бы-вает в спешке, получается неловко. Меня трясет. В голове мелькают неприятные картинки той осады, что папарацци устроили возле издательства после известий о нашей помолвке. Кристи-ан Грей достался мне в пакете с этими проблемами.
– L’addition! – бросает он проходящей мимо официантке. – Уходим! – Это уже мне.
– Сейчас?
– Да. Сейчас. – Кристиан натягивает шорты на еще мокрые трусы и надевает футболку. Официантка возвращается – с кредиткой и чеком.
Я неохотно влезаю в легкое платье лазурного цвета и сую ноги в шлепанцы. Официантка уходит. Кристиан хватает свою книжку и «блэкберри» и прячет ярость за большими зеркаль-ными очками. Он напряжен и только что не трясется от злости. Душа уходит в пятки. Все остальные женщины на пляже загорают топлес, и никто не считает это преступлением. Более того, это я выгляжу странно в купальнике. Настроение портится. Мне казалось, что Кристиан увидит в самой ситуации забавную сторону, но его чувство юмора просто испарилось.
– Пожалуйста, не злись, – шепчу я, забирая у него книгу и «блэкберри» и пряча их в рюк-зак.
– Теперь уже поздно, – говорит Кристиан спокойно… слишком спокойно. – Идем.
Он берет меня за руку и делает знак Тейлору и двум французским охранникам, Филиппу и Гастону. Эти двое – близнецы. Пока мы загорали, они терпеливо наблюдали за нами и всеми остальными на берегу с веранды. Почему я постоянно о них забываю? Тейлор прикрылся тем-ными очками, и его застывшее, словно каменная маска, лицо не отражает ровным счетом ника-ких эмоций. Он тоже на меня злится. Так непривычно видеть его в шортах и черной рубашке-поло.
Кристиан ведет меня к отелю и через вестибюль на улицу. Молчит, хмурится, раздражен – и это все из-за меня. Тейлор с командой следуют за нами.
– Куда мы идем? – осторожно спрашиваю я.
– На яхту, – не глядя на меня, бросает он.
Я не знаю, который час. Наверно, пять или шесть пополудни. Кристиан поворачивает к пристани, где пришвартованы моторка и «джет-скай», принадлежащие «Прекрасной леди». По-ка он возится с канатом, я передаю рюкзак Тейлору и бросаю на него осторожный взгляд, но по его выражению понять что-либо невозможно. Наверное, видел меня на пляже, думаю я и крас-нею.
– Это вам, миссис Грей. – Тейлор протягивает мне спасательный жилет, и я послушно его надеваю. Почему этот жилет должна носить только я одна? Кристиан и Тейлор обмениваются взглядами. Ну и ну, так он еще и на Тейлора злится? Кристиан проверяет крепления на моем жилете, подтягивает среднее.
– Пойдет, – хмуро, не глядя на меня, ворчит он и, ловко перебравшись на «джет-скай», протягивает мне руку. Я хватаюсь за нее и даже ухитряюсь перенести ногу, не упав при этом в воду. Тейлор и близнецы загружаются в моторку. Кристиан отталкивается от пристани, и «джет-скай» медленно отваливает от берега.
– Держись, – командует Кристиан, и я обхватываю его обеими руками. Эта составляющая путешествия на «джет-скай» нравится мне больше всего. Я прижимаюсь к мужу, утыкаюсь но-сом ему в спину – а ведь было время, когда он не позволял мне прикасаться к нему вот так, – и вдыхаю его запах. Запах Кристиана и моря. «Прости меня, пожалуйста», – думаю я.
И чувствую, как он напрягся.
– Держись. – Тон его смягчается. Я целую его спину, прижимаюсь щекой и, повернув-шись, смотрю на пристань, откуда за нами наблюдают несколько отдыхающих.
Кристиан поворачивает ключ, и мотор отвечает низким ревом. Еще газу – и «джет-скай» прыгает вперед и несется по прохладной темной воде к стоящей посередине бухты «Прекрас-ной леди». Я прижимаюсь еще теснее. Мне это нравится – так возбуждает. Кристиан напряжен, и я чувствую каждую его мышцу. Моторка Тейлора держится рядом. Кристиан бросает на него взгляд, добавляет газу – и мы вырываемся вперед, скача по гребням волн, словно запущенный умелой рукой камешек. Тейлор раздраженно качает головой и поворачивает прямиком к яхте, а Кристиан держит курс в открытое море. В нас летят брызги, ветер бьет в лицо, и мой «хвост» мечется из стороны в сторону как сумасшедший. Как здорово! Может, азарт гонки развеет дур-ное настроение? Я не вижу лица мужа, но знаю – ему это по вкусу, сейчас он может быть со-бой, беззаботным, немножко безрассудным, как и положено в его возрасте.
Мы описываем широкий полукруг, и я разглядываю берег – замершие в марине лодки, желто-бело-песчаную мозаику офисов и домов и крутую скалистую стену за ними. Картина со-вершенно неорганизованная – никаких привычных, аккуратных кварталов, – но живописная. Кристиан оглядывается через плечо, и на его губах мелькает тень улыбки.
– Еще? – кричит он, перекрывая рев мотора.
Я согласно киваю. Он отвечает ослепительной усмешкой, дает полный газ, проносится вокруг «Прекрасной леди» и снова устремляется в море. Кажется, я прощена.

– А ты загорела. – Кристиан снимает с меня спасательный жилет. Я изо всех сил стараюсь угадать, какое у него настроение. Мы на палубе яхты, и один из стюардов уже стоит рядом, терпеливо ожидая мой жилет. Кристиан передает его.
– Это все, сэр? – спрашивает стюард. У него приятный французский акцент. Кристиан смотрит на него, снимает очки и сует их за ворот футболки.
– Выпьешь чего-нибудь? – спрашивает он.
– А надо?
Он склоняет голову набок.
– Почему ты так говоришь?
– Ты и сам знаешь.
Кристиан задумчиво хмурится, словно взвешивает что-то. И что же он думает?
– Два джина с тоником, пожалуйста. И немного орешков и оливок, – говорит Кристиан стюарду. Тот кивает и быстро исчезает.
– Ждешь, что я тебя накажу? – мягко спрашивает он.
– Хочешь?
– Да.
– Как?
– Что-нибудь придумаю. Может, когда ты выпьешь.
Чувственная угроза. Я сглатываю, и моя внутренняя богиня щурится с шезлонга, где она пытается поймать солнечные лучи болтающимся на шее серебристым рефлектором.
Кристиан снова хмурится.
– Так ты хочешь?
Откуда он знает?
– Ну, смотря по обстоятельствам, – уклончиво бормочу я.
– Каким? – Он прячет улыбку.
– Хочешь ли ты сделать мне больно или нет.
Губы сжимаются в твердую линию, о юморе больше нет и речи. Он наклоняется и целует меня в лоб.
– Анастейша, ты моя жена, а не саба. Я не хочу делать тебе больно. Тебе бы уже пора это знать. Ты только… не раздевайся больше на публике. Не хочу видеть тебя голой во всех табло-идах. И ты тоже этого не хочешь, и мама твоя не хочет, и Рэй не хочет.
Рэй? Да его бы паралич хватил. И о чем я только думала?
Стюард ставит поднос с напитками и закуской на тиковый столик.
– Садись, – говорит Кристиан. Я послушно устраиваюсь в складном парусиновом кресле. Кристиан садится рядом и подает мне джин с тоником. – Ваше здоровье, миссис Грей.
– Ваше здоровье, мистер Грей.
Первый глоток – самый лучший. Холодный напиток прекрасно утоляет жажду. Я подни-маю голову – Кристиан внимательно смотрит на меня, но угадать его настроение невозможно. Жаль. Злится ли он еще на меня или уже нет? Решаю воспользоваться испытанным на практике приемом отвлечения внимания.
– А чья это яхта? – спрашиваю я.
– Одного английского рыцаря. Какого-то сэра. Его прадедушка начинал с бакалейной лав-ки, а дочь вышла за одного из европейских наследных принцев.
Ого.
– Супербогач?
Кристиан вдруг напрягается.
– Да.
– Как ты.
– Да.
Ох.
– И как ты, – негромко добавляет Кристиан и бросает в рот оливку. Я моргаю… перед глазами мой муж – в смокинге и серебристой жилетке… идет свадебная церемония, и он смот-рит на меня горящими глазами… так искренне.
«Все, что мое, отныне и твое». Его голос звучит четко и ясно, повторяя слова брачной клятвы.
Все мое?
– Странно. Подняться так высоко… от ничего… – Я делаю широкий жест, включающий в себе и яхту, и бухту, и берег: – Ко всему.
– Привыкнешь.
– Не думаю, что привыкну.
На палубе появляется Тейлор.
– Сэр, вам звонят.
Кристиан хмурится, но все же берет протянутый телефон.
– Грей, – бросает он и, поднявшись, отходит к носу яхты.
Я смотрю на море, отключившись от разговора с Рос, его заместителем. Я богата… бога-та до неприличия и притом палец о палец не ударила, чтобы заработать эти деньги… всего лишь вышла замуж за богатого мужчину. Я поеживаюсь, вспомнив наш разговор о брачном контракте.
Случилось это в воскресенье, после его дня рождения, когда мы все – Элиот, Кейт, Грейс и я – сидели в кухне за легким завтраком и обсуждали достоинства и недостатки бекона и кол-басы. Каррик и Кристиан читали воскресную газету…

– Вы только посмотрите, – пищит Миа, ставя на стол перед нами свой нетбук. – На веб-сайте «Сиэтл Нуз» сказано, что Кристиан собирается обручиться.
– Уже? – удивляется Грейс и тут же поджимает губы – вспомнив, должно быть, что-то неприятное. Кристиан хмурится. Миа читает колонку вслух:
– «До нас дошло известие, что один из самых завидных холостяков, небезызвестный Кри-стиан Грей, наконец-то раскололся, и мы, если прислушаемся, можем услышать звон свадеб-ных колоколов. Но кто же счастливая избранница? „Нуз“ пытается это выяснить. Держу пари, леди предложен неплохой брачный контракт».
Миа хихикает и тут же умолкает, поймав сердитый взгляд Кристиана. В кухне воцаряется тишина, а температура как будто падает до нуля.
О нет! Брачный контракт? Мне эта мысль и в голову не приходила. Я нервно сглатываю, чувствуя, как от лица отливает кровь. «Пожалуйста, земля, расступись и поглоти меня!» – мо-лю я про себя. Кристиан ерзает в кресле, и я настороженно смотрю на него.
– Нет, – беззвучно, одними губами, говорит он мне.
– Кристиан, – подает голос Каррик.
– Не собираюсь обсуждать это еще раз, – недовольно бросает Кристиан.
Каррик нервно смотрит на меня и уже открывает рот…
– Никакого контракта! – почти кричит Кристиан и, демонстративно игнорируя присут-ствующих, возвращается к газете. Все смотрят на меня, потом снова на него, потом куда угод-но, только не нас двоих.
– Кристиан, – говорю я, – я подпишу все, что вы с мистером Греем только хотите.
Черт, мне ведь не впервой. Чего я только не подписывала. Кристиан поднимает голову и бросает на меня недовольный взгляд.
– Нет! – Я бледнею. – Это для твоей же пользы.
– Кристиан, Ана, думаю, вам лучше обсудить это наедине, – вмешивается Грейс, сердито поглядывая на Каррика и Миа. Ну и ну, похоже, у них тоже проблемы.
– Ана, к тебе это не относится, – успокаивает меня Каррик. – И пожалуйста, называй меня по имени.
Кристиан смотрит на своего отца с холодным прищуром, и мне делается не по себе. Черт… Он и впрямь псих.
Разговор возобновляется, Миа и Кейт поднимаются и начинают убирать со стола.
– Я определенно предпочитаю колбасу, – объявляет Элиот.
Я смотрю на побелевшие костяшки пальцев. Дело дрянь. Надеюсь, мистер и миссис Грей не считают меня какой-то вымогательницей. Кристиан наклоняется и берет мои руки в свои.
– Перестань.
Откуда ему знать, о чем я думаю?
– Не обращай внимания на отца, – говорит он тихо, чтобы слышала только я одна. – Он не в духе из-за Элены. Целили в меня. Матери следовало бы помалкивать.
Я знаю, что Кристиан еще не отошел после «разговора» с Карриком и Эленой прошлым вечером.
– Он прав. Ты очень богат, а я не принесу в семью ничего, кроме выплат по студенческо-му кредиту.
– Анастейша, если уйдешь, можешь забрать все, – говорит он, глядя на меня уныло. – Однажды ты уже уходила. Я знаю, каково это.
Ни черта себе!
– Тогда было совсем другое, – шепчу я, тронутая его искренностью. – Но, может быть, ты захочешь уйти. – Меня едва не тошнит от этой мысли.
Он фыркает и качает головой.
– Кристиан, ты же знаешь, я могу сделать что-нибудь… сглупить… и ты… – Я снова опускаю голову и смотрю на сцепленные пальцы. Меня пронзает боль, и предложение остается незаконченным. Потерять Кристиана… черт.
– Перестань. Прекрати немедленно. Вопрос закрыт. Мы больше не обсуждаем это. Ника-кого брачного контракта не будет. Ни сейчас, ни когда-либо. – Он выразительно смотрит на меня, потом переводит взгляд на Грейс. – Мама, мы можем провести свадьбу здесь?

Больше он об этом не заговаривал и при каждой возможности старался укрепить меня в мысли, что его состояние и мое тоже. Я с ужасом вспоминаю тот сумасшедший тур шоппинга, в который Кристиан отправил нас с Кэролайн Эктон, его личным шоппером из «Нейман Мар-кус», перед медовым месяцем. Лишь бикини обошлось в пятьсот сорок долларов. Да, конечно, красивое и все такое, но разве не безумие тратить бешеные деньги на четыре треугольных клочка ткани?
– Ты привыкнешь. – Голос Кристиана вторгается в мои мысли. Он возвращается за стол.
– Привыкну к чему?
– К деньгам. – Мой муж закатывает глаза.
Ну, может быть, со временем. Я пододвигаю ему блюдо с соленым миндалем и кешью.
– Ваши орешки, сэр, – с невозмутимым видом сообщаю я, пытаясь привнести в наш раз-говор немного юмора и развеять мрачные тучи, собравшиеся над головой после моей оплош-ности с бикини.
– Мои орешки теперь и ваши. – Кристиан усмехается и берет миндаль. Шутка удалась, и его глаза блестят от удовольствия. Он облизывает губы. – Выпей, и пойдем в спальню.
Что?
– Пей. – Глаза его темнеют.
Ох, этот взгляд вполне мог бы вызвать глобальное потепление. Не сводя с мужа глаз, я беру стакан и выпиваю все, до донышка. Кристиан наблюдает за мной с открытым ртом и по-хотливой ухмылкой, потом встает и склоняется надо мной.
– Я намерен показать тебе кое-что. Для примера. Идем. Не писай, – добавляет он шепо-том.
Не писай? Как грубо. Мое подсознание с тревогой отрывается от книги – «Полное собра-ние сочинений Чарльза Диккенса, том 1».
– Это не то, что ты думаешь. – Кристиан усмехается. Он такой сексуальный, такой весе-лый. Устоять невозможно.
– Ладно. – Я подаю ему руку, просто потому, что могла бы доверить саму жизнь. Что он придумал? Сердце уже колотится в предвкушении чего-то необычного.
Кристиан ведет меня через палубу, через роскошно обставленный салон, по узкому кори-дору, через столовую и, наконец, вниз по ступенькам в главную каюту. Здесь уже все прибрано, постель застелена. Симпатичная комната. Два иллюминатора, по оба борта, темная мебель орехового дерева, кремовые стены, в отделке преобладают два цвета – золотистый и красный.
Кристиан выпускает мою руку, стаскивает через голову и кидает на стул футболку. Сбра-сывает шлепанцы. Одним движением освобождается от шортов и трусов. Ну и ну. Мне, навер-но, никогда не надоест смотреть на него обнаженного. Абсолютно роскошный и весь мой. Кожа как будто светится – он тоже загорел, волосы отросли и свисают на лоб. Как же мне повезло, как повезло!
Он поднимает руку, берет меня за подбородок, оттягивает немного, чтобы я перестала терзать нижнюю губу, и проводит по ней большим пальцем.
– Так-то лучше. – Кристиан поворачивается, идет к внушительному шкафу, где хранится вся его одежда, и достает из нижнего ящика две пары наручников и повязку.
Наручники! Ими мы еще не пользовались. Я нервно оглядываюсь на кровать. И к чему он собирается их приковывать? Кристиан пристально смотрит на меня темными, лучистыми гла-зами.
– Бывает довольно больно. Если натягивать слишком сильно, они впиваются в кожу. – Он поднимает одну пару. – Но я хочу попробовать их сегодня на тебе.
Ни фига себе. У меня пересыхает во рту.
– Вот. – Он протягивает их мне. – Хочешь попробовать для начала?
Наручники тяжелые, металл холодный. Надеюсь, мне никогда не придется носить их по-настоящему.
Кристиан не сводит с меня глаз.
– Где ключи? – Мой голос слегка дрожит.
Он протягивает руку, на ладони – маленький металлический ключик.
– Подходит к обеим парам. И вообще ко всем.
Интересно, сколько их у него? В музейном сундуке ничего такого не было.
Кристиан ведет указательным пальцем по моей щеке, потом наклоняется, словно хочет поцеловать.
– Хочешь поиграть? – От одного лишь звука его низкого голоса все внутри меня устрем-ляется вниз, где уже шевелятся щупальца желания.
– Да, – выдыхаю я.
– Хорошо. – Он легко касается губами моего лба. – Нам понадобится пароль.
Что?
– Одного лишь «стоп» недостаточно, потому что ты можешь произнести его, сама того не желая. – Он трется об меня носом – это единственный контакт между нами.
Что он имеет в виду? Сердце колотится все сильнее. Черт… Как у него это получается?
– Больно не будет. Но напряжение будет, и тебе придется несладко, потому что двигаться я тебе не позволю. Договорились?
Ух ты. Мне уже жарко. Не хватает воздуха. Я пыхчу, как паровоз. Какое счастье, что я замужем за этим мужчиной, иначе все это выглядело бы весьма неудобно. Взгляд невольно прыгает вниз.
– Договорились, – едва слышно отвечаю я.
– Выбери слово, Ана.
Ох.
– Пароль.
– Попсикл.
– Попсикл? – удивленно повторяет он.
– Да.
Кристиан отстраняется и задумчиво смотрит на меня сверху вниз.
– Интересный выбор. Подними руки.