50 оттенков свободы читать онлайн

– Это есть в списке, миссис Грей? – говорит он. Я лежу, чуть живая, ничком на кровати. Кристиан мягко массирует мои ягодицы. Он лежит рядом, опираясь на локоть.
– М-м-м.
– Это означает «да»?
– М-м-м. – Я улыбаюсь.
Он улыбается и целует меня снова, и я неохотно переворачиваюсь на бок, лицом к нему.
– Итак? – не унимается Кристиан.
– Да. Это есть в списке. Но список длинный.
Его лицо чуть не раскалывается надвое от широкой ухмылки, и он наклоняется для нежного поцелуя.
– Хорошо. Пообедаем? – Глаза его светятся любовью и добродушным юмором.
Я киваю. Есть хочется ужасно. Протягиваю руку и мягко тереблю волоски у него на гру-ди.
– Хочу кое-что тебе сказать.
– Что?
– Только не злись.
– Что такое, Ана?
– Тебе не все равно.
Зрачки его расширяются, и хорошего настроения как не бывало.
– Я хочу, чтоб ты признал, что тебе не все равно. Потому что тому Кристиану, которого я знаю и люблю, было бы не все равно.
Он застывает, не сводит с меня глаз, и я становлюсь свидетельницей внутренней борьбы, результатом которой должно стать соломоново решение. Он открывает рот, потом закрывает, и тень какого-то мимолетного чувства скользит по лицу. Может быть, боли.
«Скажи это», – мысленно приказываю я.
– Да. Да, мне не все равно. Довольна? – Голос его чуть громче шепота.
И на том спасибо. Какое облегчение.
– Да. Очень.
Он хмурит брови.
– Не могу поверить, что говорю с тобой сейчас, здесь, в нашей постели, о…
Я прикладываю палец к его губам.
– Ш-ш. Давай поедим. Я проголодалась.
Он вздыхает и качает головой.
– Вы смущаете меня, миссис Грей.
– Это хорошо. – Я наклоняюсь и целую его.

От кого: Анастейша Грей
Тема: Список
Дата: 9 сентября 2011 г., 09:33
Кому: Кристиан Грей

Это, определенно, в первых пунктах.
Анастейша Грей,
редактор SIP

От кого: Кристиан Грей
Тема: Скажи мне что-нибудь новенькое
Дата: 9 сентября 2011 г., 09:42
Кому: Анастейша Грей

Ты говоришь это последние три дня. Уж свыкнись с этим. Или… мы могли бы попробовать что-нибудь еще.
Кристиан Грей,
получающий удовольствие от этой игры генеральный директор холдинга «Грей энтерпрайзес»

Я улыбаюсь, глядя на экран. Последние несколько вечеров были… забавными. Мы снова расслабились, позабыв о коротком вмешательстве Лейлы в нашу жизнь. Я так и не набралась смелости спросить, висят ли на стенах ее картины, да и, честно говоря, мне все равно. Мой «блэкберри» звонит, и я отвечаю, ожидая, что это Кристиан.
– Ана?
– Да?
– Ана, солнышко, это Хосе-старший.
– Мистер Родригес! Здравствуйте! – В череп как будто втыкаются тысячи иголочек. Что нужно от меня отцу Хосе?
– Милая, прости, что звоню тебе на работу. Рэй… – Его голос дрожит.
– Что такое? Что случилось? – Сердце подпрыгивает к горлу.
– Рэй попал в аварию.
О нет! Папа. Я забываю вдохнуть.
– Он в больнице. Тебе лучше поскорее приехать сюда.

Глава 17

Мистер Родригес, что произошло? – Голос у меня хриплый от непролитых слез. Рэй. Ми-лый Рэй. Мой папа.
– Он попал в аварию.
– Хорошо, я приеду… сейчас же приеду. – Адреналин растекается по моим жилам, оставляя после себя панику. Мне становится нечем дышать.
– Его перевезли в Портленд.
Портленд? Какого черта он делает в Портленде?
– Переправили самолетом, Ана. Я направляюсь сейчас туда. Городская больница скорой помощи. Ох, Ана, я не видел машину. Я просто ее не видел… – Голос его прерывается.
Мистер Родригес… Нет!
– Увидимся там, – выдавливает мистер Родригес, и связь прерывается.
Страх и паника хватают за горло. Нет. Нет. Я делаю успокаивающий вдох, беру телефон и звоню Роучу. Он отвечает после второго гудка:
– Ана?
– Джерри. С моим отцом произошло несчастье.
– Ана, что случилось?
Я объясняю, с трудом переводя дух.
– Поезжай. Конечно, ты должна ехать. Надеюсь, с твоим отцом все будет хорошо.
– Спасибо. Я буду держать тебя в курсе. – Я небрежно швыряю трубку, но сейчас мне ни до чего.
– Ханна! – зову я и слышу тревогу в своем голосе.
Минуту спустя она просовывает голову в дверь, а я бросаю вещи в сумку и хватаю бума-ги, чтобы сунуть их в портфель.
– Да, Ана? – Она хмурится.
– Мой отец попал в аварию. Я должна ехать.
– О боже…
– Отмени все мои встречи на сегодня. И на понедельник. Тебе придется закончить подго-товку презентации книги – записи в общей папке. Пусть Кортни поможет, если потребуется.
– Хорошо, – шепчет Ханна. – Надеюсь, с ним все в порядке. О делах не беспокойся. Мы прорвемся.
– Я беру с собой «блэкберри»: звони, если что.
Озабоченность отражается на ее узком бледном лице, и мне с большим трудом удается не расплакаться.
Папочка.
Я хватаю жакет, сумку и портфель.
– Позвоню, если что понадобится.
– Конечно. Удачи, Ана. Надеюсь, все будет хорошо.
Я выдавливаю короткую улыбку и, силясь сохранить самообладание, выскакиваю из ка-бинета. Очень стараюсь не бежать всю дорогу до приемной. Сойер при виде меня вскакивает на ноги.
– Миссис Грей? – спрашивает он, озадаченный моим внезапным появлением.
– Мы едем в Портленд, сию минуту.
– Хорошо, мэм, – говорит он хмуро, но дверь открывает.
Движение – это хорошо. Когда двигаешься, немного легче.
– Миссис Грей, – говорит Сойер, когда мы мчимся к стоянке. – Могу я спросить, почему мы совершаем эту незапланированную поездку?
– Мой отец попал в аварию.
– Понятно. А мистер Грей знает?
– Я позвоню ему из машины.
Сойер кивает и открывает заднюю дверцу «Ауди», и я забираюсь внутрь. Дрожащими пальцами вытаскиваю телефон и набираю номер Кристиана.
– Миссис Грей. – Голос у Андреа бодрый и деловой.
– Кристиан там? – спрашиваю я.
– Э… он где-то в здании, мэм. Оставил свой «блэкберри», чтобы я отвечала на звонки.
Я мысленно испускаю расстроенный стон.
– Вы не могли бы сказать ему, что я звонила и что мне нужно поговорить с ним? Это срочно.
– Я могу попробовать отследить его. Думаю, он где-то неподалеку.
– Просто передайте, чтобы он позвонил мне, пожалуйста, – умоляю я, борясь со слезами.
– Конечно, миссис Грей. – Она мешкает. – Все в порядке?
– Нет, – шепчу я, не доверяя своему голосу. – Пожалуйста, пусть он мне позвонит.
– Хорошо, мэм.
Я отключаюсь. Не в силах больше сдерживаться, подтягиваю колени к груди, сворачива-юсь клубочком на заднем сиденье, а слезы безостановочно текут по щекам.
– Где в Портленде, миссис Грей? – мягко спрашивает Сойер.
– Городская больница скорой помощи, – выдавливаю я сквозь слезы.
Сойер вливается в уличное движение и направляется к трассе I-5, а я тихо всхлипываю на заднем сиденье машины, шепча бессвязную молитву. «Пожалуйста, пусть с ним все будет хо-рошо. Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо».
Услышав рингтон «Твоя любовь – король», вздрагиваю от неожиданности.
– Кристиан, – выдыхаю я.
– Господи, Ана, что случилось?
– Рэй… он попал в аварию.
– Черт!
– Да. Я на пути в Портленд.
– В Портленд? Ради бога, скажи, что Сойер с тобой.
– Да, он за рулем.
– Где Рэй?
– В городской больнице скорой помощи.
Я слышу приглушенные голоса на заднем фоне.
– Да, Рос! – сердито рявкает Кристиан. – Я знаю! Извини, детка, я смогу быть там часа через три. Необходимо закончить здесь одно дело. И сразу прилечу.
О боже. «Чарли Танго» снова в строю, и последний раз, когда Кристиан летел на нем…
– У меня встреча с ребятами с Тайваня. Я не могу ее отменить. Мы готовили эту сделку несколько месяцев.
Почему я ничего об этом не знаю?
– Приеду, как только смогу.
– Хорошо, – шепчу я. Мне бы сказать – да все в порядке, оставайся в Сиэтле, но правда в том, что я хочу, чтобы он был рядом.
– Ох, детка, – шепчет он.
– Со мной все будет хорошо, Кристиан. Делай все, что нужно. Не спеши. Я не хочу пере-живать еще и за тебя. Береги себя.
– Непременно.
– Люблю тебя.
– Я тоже люблю тебя, детка. Буду с тобой, как только смогу. Держи Люка поблизости.
– Ладно.
– До скорого.
– Пока. – Отключаюсь и снова обнимаю колени. Я ничего не знаю о бизнесе Кристиана. Какие, интересно знать, у него дела с тайванцами? Я смотрю в окно, когда мы проезжаем аэро-порт «Боинг Филд-Кинг». Он должен долететь целым и невредимым. У меня скручивает желу-док и подступает тошнота. Рэй и Кристиан. Вряд ли я смогу такое выдержать. Откинувшись на сиденье, я вновь начинаю свою мантру: «Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо. Пожалуй-ста, пусть с ним все будет хорошо».

– Миссис Грей. – Меня будит голос Сойера. – Мы на территории больницы. Мне только надо найти приемный покой.
– Я знаю, где это. – Вспоминаю свой прошлый визит в городскую больницу, когда на вто-рой день работы в «Клейтоне» я свалилась со стремянки и подвернула ногу. Вспоминаю и как Пол Клейтон стоял у меня над душой; меня передергивает.
Сойер останавливается в месте высадки и выпрыгивает, чтобы открыть мою дверцу.
– Сейчас поставлю машину, мэм, и приду к вам. Оставляйте свой портфель, я принесу.
– Спасибо, Люк.
Он кивает, и я быстро иду к приемному покою. Регистратор за стойкой вежливо улыбает-ся мне, через пару минут находит, куда поместили Рэя, и отсылает меня в хирургическое отде-ление на третьем этаже.
Хирургическое отделение? О господи!
– Спасибо, – бормочу я, стараясь сосредоточиться на ее объяснении, как пройти к лифту. Я почти бегу туда, и тошнота подкатывает к горлу.
«Пусть с ним все будет хорошо. Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо».
Лифт едет мучительно медленно, останавливается на каждом этаже. «Давай же… давай!» Я мысленно подгоняю его, сердито поглядывая на входящих и выходящих из него людей, кото-рые мешают мне попасть к отцу.
Наконец дверь открывается на третьем этаже, и я несусь к еще одной регистрационной стойке, укомплектованной медсестрами в голубой униформе.
– Чем могу помочь? – спрашивает одна услужливая сестра с близоруким взглядом.
– Мой отец, Рэймонд Стил. Только что поступил. Мне сказали, он в четвертой операци-онной. – Даже произнося эти слова, я мысленно молю, чтобы это оказалось не так.
– Сейчас посмотрю, мисс Стил.
Я киваю, не трудясь поправить ее, и она внимательно вглядывается в экран своего компь-ютера.
– Да. Поступил пару часов назад. Если вы не против подождать, я дам им знать, что вы здесь. Комната ожидания вот там. – Она указывает на большую белую дверь, предусмотри-тельно снабженную соответствующей табличкой с крупными синими буквами.
– Как он? – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
– Чтобы узнать о его состоянии, вам придется подождать кого-то из лечащих врачей, мэм.
– Спасибо, – говорю я, но в душе кричу: «Я хочу знать сейчас!»
Открываю дверь в функциональную, аскетическую комнату ожидания, где сидят мистер Родригес и Хосе.
– Ана! – вскрикивает мистер Родригес. Его рука – в гипсе, а на щеке – синяк. Он сидит в кресле для перевозки больных, одна нога тоже загипсована. Я осторожно обнимаю его.
– Ох, мистер Родригес, – всхлипываю я.
– Ана, милая. – Похлопывает меня по спине здоровой рукой. – Мне так жаль, – бормочет он хриплым, срывающимся голосом.
О нет!
– Нет, папа, – говорит Хосе с мягкой укоризной. Когда я поворачиваюсь, он привлекает меня к себе и обнимает.
– Хосе, – шепчу я. Не могу больше сдерживаться, слезы брызжут из глаз, все напряжение, страх и сердечная боль последних трех часов дают о себе знать.
– Эй, Ана, не плачь. – Хосе мягко гладит меня по волосам.
Я обнимаю его за шею и тихо всхлипываю. Мы стоим так целую вечность, и я так благо-дарна, что мой друг здесь. Мы разнимаем объятия, когда в комнату ожидания заходит Сойер. Мистер Родригес дает мне бумажный носовой платок из предусмотрительно поставленной тут коробки, и я вытираю слезы.
– Это мистер Сойер. Охрана, – сообщаю я. Сойер вежливо кивает Хосе и мистеру Родри-гесу, затем проходит и садится в углу.
– Присядь, Ана. – Хосе подводит меня к одному из обитых дерматином кресел.
– Что произошло? Мы знаем, как он? Что они делают?
Встаю и меряю шагами комнату, потом снова сажусь. Почему врачи до сих пор не при-шли? Я беру Хосе за руку, и он успокаивающе сжимает мою ладонь. «Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо. Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо».
Время тянется так медленно.
Вдруг дверь открывается, и все мы с надеждой вскидываем глаза, а мой желудок скручи-вает. Неужели?
Входит Кристиан. Лицо его тут же темнеет, когда он замечает, что моя рука в руке Хосе.
– Кристиан! – вскрикиваю я и вскакиваю, благодаря бога, что он благополучно долетел. И вот я уже в его объятиях, его нос – у меня в волосах, и я вдыхаю его запах, его тепло, его лю-бовь. Какая-то часть меня чувствует себя спокойнее, сильнее и крепче, потому что он здесь. Как же благотворно его присутствие действует на мой душевный покой!
– Какие-нибудь новости?
Я качаю головой, не в состоянии говорить.
– Хосе, здравствуй. – Он кивает.
– Кристиан, это мой отец, Хосе-старший.
– Мистер Родригес, мы встречались на свадьбе. Я так понимаю, вы тоже были в аварии?
Хосе коротко излагает историю.
– Вы оба достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы быть здесь? – спрашивает Кристиан.
– Мы останемся, – отвечает мистер Родригес тихим, пронизанным болью голосом. Кри-стиан кивает. Взяв за руку, он усаживает меня, затем садится рядом.
– Ты ела? – спрашивает он.
Я качаю головой.
– Хочешь?
Я снова качаю головой.
– Но тебе холодно? – Он оглядывает куртку Хосе.
Я киваю. Кристиан ерзает в кресле, но благоразумно ничего не говорит.
Дверь снова открывается, и входит молодой доктор в ярко-голубом операционном ко-стюме. Врач выглядит уставшим и измученным.
Кровь отливает от головы. Я неуклюже поднимаюсь.
– Рэй Стил, – шепчу я, а Кристиан встает рядом со мной и обвивает рукой за талию.
– Вы его ближайшая родственница? – спрашивает доктор. Его ярко-голубые глаза почти такого же цвета, как и больничная форма, и при иных обстоятельствах я бы нашла его привле-кательным.
– Я его дочь, Ана.
– Мисс Стил…
– Миссис Грей, – прерывает его Кристиан.
– Прошу прощения, – запинаясь, говорит доктор, и у меня мелькает желание пнуть Кри-стиана. – Я доктор Кроув. Состояние вашего отца стабильное, но критическое.
Что это значит? Ноги подкашиваются, и только твердая рука Кристиана не дает мне сва-литься на пол.
– У него несколько внутренних повреждений, – говорит доктор Кроув, – главным образом диафрагмы, но нам удалось устранить их, и мы сумели спасти селезенку. К сожалению, во вре-мя операции из-за потери крови он пережил остановку сердца. Нам удалось снова запустить сердце, но пока состояние вызывает озабоченность. Однако больше всего нас беспокоит то, что у него сильная контузия головы, и томограмма показывает опухоль в мозгу. Мы ввели пациента в искусственную кому, чтобы он был неподвижен. Будем пока наблюдать.
Повреждение мозга? Нет.
– Это стандартная процедура в таких случаях. Пока остается только ждать.
– И каков прогноз? – холодно спрашивает Кристиан.
– Мистер Грей, в данный момент трудно сказать. Возможно, он полностью поправится, но это в руках божьих.
– Как долго вы будете держать его в коме?
– Зависит от реакции мозга. Обычно семьдесят два или девяносто шесть часов.
Так долго!
– Могу я его увидеть? – шепчу я.
– Да, вы сможете увидеть его примерно через полчаса. Его переведут в отделение интен-сивной терапии на шестой этаж.
– Спасибо, доктор.
Доктор Кроув кивает, поворачивается и уходит.
– Что ж, он жив, – шепчу я Кристиану. И слезы снова катятся у меня по лицу.
– Сядь, – мягко приказывает Кристиан.
– Папа, думаю, нам лучше уйти. Тебе надо отдохнуть. Больше мы пока все равно ничего не узнаем, – говорит Хосе мистеру Родригесу, который уставился на сына невидящим взгля-дом. – Можем снова приехать вечером, после того как ты отдохнешь. Ты не против, Ана? – Хо-се поворачивается и умоляюще смотрит на меня.
– Конечно, нет.
– Вы остановились в Портленде? – спрашивает Кристиан.
Хосе кивает.
– Вас надо подвезти?
Хосе хмурится.
– Я вызову такси.
– Люк может вас отвезти.