50 оттенков свободы читать онлайн

Он берет ее за руку – и тишина, словно одеяло, опускается на весь ресторан; все пере-стают жевать, разговаривать, ходить и только смотрят.
– Моя прекрасная Кейт, я люблю тебя. Твое изящество, твоя красота и твой пламенный дух не знают себе равных, ты пленила мое сердце. Выходи за меня замуж и будь моей женой.
Вот это да!

Глава 14

Внимание всего ресторана сосредоточено на Кейт и Элиоте, все как один ждут затаив ды-хание. Ожидание невыносимо. Тишина тянется, как тугая резиновая лента. Атмосфера гнету-щая, тревожная и все же полная надежды.
Кейт тупо смотрит на Элиота, взирающего на нее с тоскливым желанием, даже со стра-хом. Черт побери, Кейт! Положи же конец его страданиям. Пожалуйста. Бог мой, он мог бы сделать это наедине.
Одинокая слезинка скатывается по ее щеке, хотя лицо по-прежнему ничего не выражает. Проклятье! Кейт плачет? Потом она улыбается медленной, изумленной, счастливой улыбкой.
– Да, – шепчет она. Это трепетное, нежное согласие так не похоже на Кейт.
На долю секунды возникает пауза, потом весь ресторан испускает коллективный вздох облегчения, за этим следует оглушающий шум. Спонтанные аплодисменты, подбадривающие возгласы, свист, радостные крики – и внезапно по моим щекам катятся слезы, размазывая без-упречный макияж.
Не замечая ничего вокруг себя, влюбленная пара находится в собственном маленьком мире. Из кармана Элиот достает маленькую коробочку, открывает ее и преподносит Кейт. Кольцо. Насколько я вижу, эксклюзивное кольцо, но мне надо рассмотреть поближе. Не это ли он делал с Джиа? Выбирал кольцо? Черт! Ох, как я рада, что не рассказала Кейт!
Кейт переводит взгляд с кольца на Элиота и обнимает его за шею. Они целуются – на удивление целомудренно, – и толпа неистовствует. Элиот встает и выражает признательность за поддержку удивительно грациозным поклоном, затем, сияя широкой самодовольной улыб-кой, снова садится. Я не могу оторвать от них глаз. Вынув кольцо из коробочки, он бережно надевает его Кейт на палец, и они снова целуются.
Кристиан сжимает мою руку. Я и не заметила, что так крепко тискаю его ладонь. Отпус-каю, немного смущенная, и он трясет рукой, одними губами говоря «ох».
– Извини. Ты знал об этом? – шепчу я.
Кристиан улыбается, и я понимаю, что знал. Он подзывает официанта.
– Две бутылки «Кристаль», пожалуйста. Две тысячи второго года, если есть.
Я усмехаюсь.
– Что? – спрашивает он.
– Потому что две тысячи второй год гораздо лучше, чем две тысячи третий, – поддразни-ваю я.
Он смеется.
– Для того, кто умеет распознавать вкус, Анастейша.
– А вы очень даже умеете распознавать вкус, мистер Грей, – улыбаюсь я.
– Что есть, то есть, миссис Грей. – Он наклоняется ближе. – Твой вкус самый лучший, – шепчет он и целует чувствительное местечко за ухом. По спине бежит приятный, волнующий холодок. Я краснею как рак и с нежностью вспоминаю его недавнюю демонстрацию явных не-достатков моего платья.
Миа первая вскакивает, спеша обнять Кейт и Элиота, и мы все по очереди поздравляем счастливую пару. Я стискиваю Кейт в крепком объятии.
– Видишь? Он просто нервничал из-за своего предложения, – шепчу я.
– Ох, Ана! – Она полуплачет, полусмеется.
– Кейт, я так счастлива за тебя! Поздравляю.
Кристиан позади меня. Он пожимает Элиоту руку, затем – удивив и Элиота, и меня – об-нимает его. Я могу лишь уловить, что он говорит.
– Молодец, Лелиот, – бормочет он. Элиот ничего не отвечает, явно потрясенный и рас-троганный, затем тоже обнимает брата.
Лелиот?
– Спасибо, Кристиан, – выдавливает Элиот.
Кристиан коротко, немножко неуклюже обнимает Кейт на расстоянии вытянутой руки. Я знаю, что отношение Кристиана к Кейт в лучшем случае терпимое и по большей части двой-ственное – прогресс налицо. Отпустив ее, он говорит так тихо, что слышим только она и я.
– Надеюсь, ты будешь так же счастлива в своем браке, как я в своем.
– Спасибо, Кристиан. Я тоже надеюсь, – мило отзывается она.
Возвращается официант с шампанским, которое тут же и открывает с подчеркнутой тор-жественностью.
Кристиан поднимает свой бокал с шампанским.
– За Кейт и моего дорогого брата Элиота. Поздравляю!
Мы все отпиваем шампанского. Хм, «Кристаль» действительно хорош, и я вспоминаю тот первый раз, когда пила его в клубе Кристиана, и нашу последующую поездку в лифте на пер-вый этаж.
Кристиан хмурится.
– О чем ты думаешь? – шепчет он.
– О том, как пила это шампанское в первый раз.
Он вопросительно вскидывает брови.
– Мы были в твоем клубе, – напоминаю я.
Он ухмыляется.
– О да. Я помню. – И подмигивает мне.
– Элиот, вы назначили дату церемонии? – интересуется Миа.
Элиот бросает на сестру раздраженный взгляд.
– Я же только что сделал предложение Кейт, когда бы мы успели?
– Ой, пусть это будет рождественская свадьба. Это было бы так романтично, и вам не со-ставит труда помнить годовщину. – Миа хлопает в ладоши.
– Приму это к сведению, – усмехается Элиот.
– После шампанского можем мы пойти в клуб, пожалуйста? – Миа поворачивается и устремляет на Кристиана взгляд своих больших карих глаз.
– Думаю, нам следует спросить Элиота и Кейт, хотят ли они пойти.
Мы все, как один, с надеждой поворачиваемся к ним. Элиот пожимает плечами, а Кейт становится пунцово-красной. Ее чувственное влечение к своему жениху так очевидно, что я чуть не разливаю по столу четырехсотдолларовое шампанское.

«Закс» – самый шикарный ночной клуб в Аспене, по крайней мере, так говорит Миа. Кри-стиан, обнимая меня за талию, проходит мимо короткой очереди, и нас сразу же впускают. Я коротко задаюсь вопросом, не является ли он владельцем. Бросаю взгляд на часы – половина двенадцатого, и у меня слегка кружится голова. Два бокала шампанского и несколько бокалов вина за обедом начинают оказывать свое действие, и я благодарна Кристиану за поддержку.
– Мистер Грей, добро пожаловать, – говорит очень привлекательная длинноногая блон-динка в узких черных атласных брючках, такой же по цвету блузке без рукавов и с маленьким красным галстуком-«бабочкой». Она демонстрирует широкую ослепительную улыбку, показы-вая идеальные белые зубы, обрамленные алыми, как и галстук, губами. – Макс возьмет ваше пальто.
Молодой человек, одетый во все черное, к счастью не атласное, улыбается, предлагая взять мое пальто. У него теплые, располагающие глаза. Я единственная в пальто – Кристиан настоял, чтобы я взяла его у Миа, чтобы прикрыться сзади, – поэтому Максу приходится зани-маться только мной.
– Красивое пальто, – говорит он, пристально глядя на меня.
Кристиан ощетинивается и пригвождает Макса убийственным взглядом. Тот краснеет и быстро вручает Кристиану номерок.
– Позвольте, я провожу вас к вашему столику.
Мисс Атласные Брючки хлопает ресницами, встряхивает своими длинными белокурыми волосами и плавной походкой идет через фойе. Я сжимаю пальцы на руке Кристиана, и он во-просительно смотрит на меня, затем ухмыляется. Мы следуем за мисс Атласные Брючки в бар.
Свет приглушен, стены черные, мебель темно-красная. По бокам у стен – кабинки, а по-средине – большой бар в форме подковы. Тут многолюдно, учитывая, что сейчас не сезон, но не слишком – просто богатые жители Аспена пришли приятно провести субботний вечер. Дресс-код не строгий, и я впервые чувствую себя чересчур разодетой или… э… раздетой, точ-но не знаю. Пол и стены вибрируют от музыки, пульсирующей с танцпола за баром, и огни кружатся и вспыхивают. В моем слегка одурманенном состоянии все это смахивает на эпилеп-тический кошмар.
Атласные Брючки ведет нас к угловой кабинке. Она рядом с баром, и из нее легко попасть на танцпол. Определенно лучшие места.
– Сейчас кто-нибудь подойдет, чтобы принять ваш заказ. – Она ослепляет нас улыбкой на пару сотен ватт и, еще разок взмахнув ресницами в сторону моего мужа, уплывает туда, откуда пришла. Миа уже приплясывает на месте, так ей не терпится пойти потанцевать. Итан проявля-ет благородство.
– Шампанского? – спрашивает Кристиан, когда они, держась за руки, направляются к танцполу. Итан вскидывает большие пальцы, а Миа с энтузиазмом кивает.
Кейт с Элиотом усаживаются на мягкие бархатные сиденья, рука об руку. Они выглядят такими счастливыми, их лица мягко светятся в бликах, отражающихся от хрустальных подста-вок на низком столике. Кристиан жестом предлагает мне сесть, и я устраиваюсь рядом с Кейт. Он садится рядом со мной и беспокойно оглядывает зал.
– Покажи мне свое кольцо. – Повышаю голос, чтобы перекричать музыку. К тому време-ни, как уходить, точно охрипну. Кейт ослепительно улыбается мне и протягивает руку. Кольцо изящное, один большой солитер в изысканной оправе, с крошечными бриллиантами по обе стороны. Похоже на викторианское ретро.
– Какая красота!
Она восторженно кивает и кладет руку на бедро Элиота. Он наклоняется и целует ее.
– Найдите кроватку! – кричу я.
Элиот ухмыляется.
Молодая женщина с короткими темными волосами и озорной улыбкой в уже знакомых сексуальных атласных брючках – по-видимому, здешняя униформа – подходит, чтобы принять наш заказ.
– Что будете пить? – спрашивает Кристиан.
– Ты же не собираешься и за это платить, – ворчит Элиот.
– Элиот, не начинай, – мягко отзывается Кристиан.
Несмотря на возражения Кейт, Элиота и Итана, Кристиан заплатил за наш обед в ресто-ране. Он просто отмахнулся от них и не захотел даже слышать, что платить будет кто-то еще. Я с нежностью смотрю на него. Командир.
Элиот открывает рот, чтобы что-то сказать, но, подумав, закрывает.
– Я буду пиво, – говорит он.
– Кейт? – спрашивает Кристиан.
– Еще шампанского, пожалуйста. «Кристаль» восхитителен. Но я уверена, Итан предпо-чтет пиво.
Она ласково – да, ласково – улыбается Кристиану. Моя подруга буквально светится от счастья. Я чувствую, как оно исходит от нее, и это такое удовольствие – купаться в ее радости.
– Ана?
– Шампанское, пожалуйста.
– Бутылку «Кристаль», три перони, бутылку охлажденной минеральной воды, шесть бо-калов, – говорит Кристиан в своей обычной властной, строгой манере.
И это так сексуально.
– Спасибо, сэр. Сейчас принесу. – Мисс Атласные Брючки Номер Два адресует ему ми-лую улыбку, но, по крайней мере, не хлопает ресницами, хотя щеки ее слегка краснеют.
Я решительно качаю головой. Он мой, подруга.
– Что? – спрашивает меня Кристиан.
– Она не похлопала ресницами. – Я усмехаюсь.
– О. А должна была? – осведомляется он весело.
– Все женщины обычно хлопают, – иронически отвечаю я.
Он улыбается.
– Миссис Грей, неужели вы ревнуете?
– Ни капельки. – Я надуваю губы. И в этот момент сознаю, что начинаю терпеть женщин, пожирающих моего мужа жадными взглядами. Почти. Кристиан берет меня за руку и целует костяшки пальцев.
– У вас нет причин ревновать, миссис Грей, – бормочет он у моего уха, его дыхание ще-кочет меня.
– Знаю.
– Вот и хорошо.
Официантка возвращается, и минуту спустя я уже потягиваю шампанское.
– Вот. – Кристиан вручает мне стакан воды. – Выпей это.
Я хмурюсь и скорее вижу, чем слышу его вздох.
– Три бокала белого вина за обедом и два шампанского после клубничного дайкири и двух бокалов фраскати за ланчем. Пей. Быстро, Ана.
Откуда он знает про коктейли днем? Я сердито насупливаюсь. Но вообще-то он прав. Взяв стакан воды, выпиваю его залпом, дабы показать свой протест против того, что мне снова указывают. Вытираю рот тыльной стороной ладони.
– Умница, – усмехается он. – Тебя уже однажды вырвало на меня. Не желаю повторять этот опыт.
– Не знаю, на что ты жалуешься. Ты же переспал со мной после этого.
Он улыбается, и его глаза смягчаются.
– Да.
Итан и Миа возвращаются.
– Итан пока больше не хочет. Идемте, девочки, покажем класс. Растрясем жирок, сожжем калории от шоколадного мусса.
Кейт тут же поднимается.
– Ты идешь? – спрашивает она Элиота.
– Дай мне полюбоваться на тебя, – отвечает он. И я вынуждена быстро отвести глаза, краснея от взгляда, которым он на нее смотрит. Я встаю, и она улыбается.
– Собираюсь сжечь немного калорий, – говорю я и, наклонившись, шепчу на ухо Кристи-ану: – Ты тоже можешь полюбоваться на меня.
– Не наклоняйся, – рычит он.
– Хорошо. – Я резко выпрямляюсь. Ух ты! Голова кружится, и я хватаюсь за плечо Кри-стиана, когда комната слегка наклоняется и покачивается.
– Может, тебе стоит выпить еще воды? – бормочет Кристиан с явным предостережением в голосе.
– Все в порядке. Просто эти сиденья низкие, а каблуки у меня высокие.
Кейт берет меня за руку, и, сделав глубокий вдох и ничуточки не качаясь, я иду следом за ней и Миа на танцпол.
Пульсирует музыка, техноритм с бухающей басовой темой. На танцполе мало народу, а значит, у нас есть пространство. Микс электризующий – и молодежь, и люди постарше, все одинаково дергаются под музыку. Танцую я плохо. По сути дела, начала танцевать только по-сле знакомства с Кристианом. Кейт обнимает меня.
– Я так счастлива! – кричит она, пытаясь перекрыть музыку, и начинает танцевать.
Миа – в своей стихии. Улыбаясь нам обеим, расходится вовсю. Места на танцполе ей яв-но мало. Я оглядываюсь на наш столик. Мужчины наблюдают за нами. Начинаю двигаться. Ритм пульсирует. Я закрываю глаза и отдаюсь танцу.
Открыв глаза, обнаруживаю, что танцпол заполняется. Кейт, Миа и я вынуждены сдви-нуться поближе друг к другу. И, к своему удивлению, обнаруживаю, что на самом деле полу-чаю удовольствие. Добавляю энтузиазма. Кейт одобрительно вскидывает большие пальцы, и я широко улыбаюсь ей.
Снова закрываю глаза. Почему я не делала этого первые двадцать лет жизни? Танцам я предпочитала чтение. Во времена Джейн Остин такой музыки не было, а Томас Гарди… хм-м-м, он бы чувствовал себя виноватым из-за того, что не танцевал со своей первой женой. От этой мысли я хихикаю.
Это все Кристиан. Он дал мне уверенность и смелость в движениях.
Неожиданно мне на бедра ложатся две ладони. Я улыбаюсь. Кристиан присоединился ко мне. Я изгибаюсь, и его руки скользят на мои ягодицы, тискают и возвращаются на бедра.
Я открываю глаза. Миа в ужасе таращится на меня. Неужели все так плохо? Я кладу руки поверх ладоней Кристиана. Они волосатые. Черт! Это не его руки. Я разворачиваюсь – надо мной возвышается здоровенный блондин, зубов у которого, кажется, даже больше, чем полага-ется. А еще он похотливо ухмыляется, демонстрируя челюсти.
– Убери от меня руки! – кричу я сквозь грохочущую музыку, вне себя от злости.
– Да ладно тебе, киска, мы же просто веселимся. – Он улыбается, вскидывая свои обезья-ньи лапы, голубые глаза блестят в пульсирующих ультрафиолетовых огнях.
Даже не успев сообразить, что делаю, наотмашь бью его по лицу.
Ой! Черт… моя рука. Как больно!
– Отойди от меня! – ору я. Он изумленно таращится на меня, держась за щеку. Я сую другую свою руку ему под нос, растопырив пальцы, чтобы показать кольцо.
– Я замужем, придурок!
Он довольно надменно пожимает плечами и нерешительно смущенно улыбается.
Я лихорадочно озираюсь. Миа справа от меня, сверлит белокурого великана убийствен-ным взглядом. Кейт увлеченно танцует, ничего не замечая вокруг. Кристиана за столиком нет. Ой, надеюсь, он ушел в туалет. Я отступаю на позицию, которую хорошо знаю. А, черт. Кри-стиан обнимает меня за талию и притягивает к себе.
– Убери свои грязные лапы от моей жены, – говорит он. Не кричит, но почему-то его слышно, несмотря на грохот музыки.
О господи!
– Она и сама может постоять за себя! – кричит Белобрысый Великан. Он убирает руку от щеки, куда я ударила его, и Кристиан выбрасывает кулак вперед. Я как будто наблюдаю за этим в замедленной съемке. Идеально рассчитанный удар в подбородок с такой скоростью и такой силы, что блондин не успевает отреагировать и валится на пол, как мешок с дерьмом.
О черт!
– Кристиан, нет! – в панике кричу я, вставая перед ним, чтобы удержать. Господи, он же его убьет. – Я уже приложилась! – перекрикиваю я музыку.
Кристиан на меня не смотрит. Он сверлит противника таким убийственно злобным взгля-дом, какого я еще никогда у него не видела. Впрочем, быть может – один раз, после того, как Джек Хайд приставал ко мне.
Другие танцующие отходят назад, как рябь на воде, расчищая пространство вокруг нас, держась на безопасном расстоянии. Блондин поднимается на ноги, и тут к нам присоединяется Элиот.
Ой-ой! Кейт со мной, смотрит на всех нас, разинув рот.
Элиот хватает Кристиана за руку, Итан тоже возникает рядом.
– Успокойся, ладно? Я не хотел никого обидеть. – Белобрысый вскидывает руки, призна-вая поражение, и торопливо ретируется. Кристиан взглядом провожает его с танцпола. На меня он не смотрит.
Музыка сменяется с лирической на танцевальную, в техноритме. Элиот бросает взгляд на меня, потом на брата и, отпустив Кристиана, притягивает Кейт к себе. Они танцуют. Я обни-маю Кристиана руками за шею, пока он наконец не встречается со мной глазами, которые все еще сверкают свирепо и мрачно. Вот он, тот самый драчливый подросток. Боже мой.
Он внимательно вглядывается в мое лицо.
– Ты в порядке?
– Да. – Я потираю ладонь, пытаясь унять жжение, и кладу руки ему на грудь. Руку дерга-ет. Я никогда раньше никого не била. Что на меня нашло? Прикосновение – не самое страшное преступление против человечества, ведь так?
И все же в глубине души я понимаю, почему ударила блондина. Я инстинктивно знала, как отреагирует Кристиан, увидев, что меня лапает какой-то незнакомец. Знала, что он потеря-ет свое драгоценное самообладание. И мысль, что какое-то ничтожество может вывести из себя моего мужа… меня взбесила. Ужасно взбесила.
– Хочешь присесть? – спрашивает Кристиан под грохот музыки.
Вернись ко мне, пожалуйста!
– Нет. Потанцуй со мной.
Он смотрит на меня бесстрастно, ничего не говоря.
«Прикоснись ко мне», – поет женщина.
– Потанцуй со мной. – Он все еще зол. – Потанцуй, Кристиан. Пожалуйста. – Я беру его за руки. Кристиан бросает сердитый взгляд вслед парню, но я начинаю двигаться, обвиваясь вокруг него.
Толпа танцующих снова окружает нас, хотя теперь в радиусе двух футов – запретная зо-на.
– Ты ударила его? – спрашивает Кристиан, стоя как вкопанный. Я беру за руки.
– Разумеется. Думала, это ты, но у него руки волосатые. Пожалуйста, потанцуй со мной.
Кристиан смотрит на меня – и огонь в его глазах медленно меняется, перерождается во что-то другое, что-то более темное, более знойное. Он хватает меня за запястья и рывком при-тягивает к себе, пригвождая руки за своей спиной.
– Хочешь потанцевать? Давай потанцуем, – рычит мне в ухо и прижимается ко мне. За-хваченная в плен, я вынуждена подчиниться.
Ого! Кристиан умеет двигаться, двигаться по-настоящему. Он держит меня крепко, не от-пуская, но пальцы на моих запястьях постепенно расслабляются. Мои ладони пробираются вверх по его рукам, по бугрящимся под пиджаком мышцам, поднимаются к плечам. Он прижи-мает меня к себе, и я повторяю его движения.
В какой-то момент он хватает меня за руку и кружит сначала в одну сторону, потом в другую, и я понимаю, что Кристиан вернулся. Я улыбаюсь. Он тоже.
Мы танцуем вместе, и это так здорово, так весело. Либо позабыв, либо подавив гнев, он виртуозно кружит меня на нашем маленьком пространстве танцпола, ни на мгновение не от-пуская. С ним я легкая и грациозная. С ним я сексуальная, потому что таков он сам. Он дает мне почувствовать себя любимой, потому что, при всех своих оттенках, хранит в себе море нерастраченной любви. Наблюдая за ним таким, веселящимся, можно подумать, что это самый беззаботный человек на свете. Но я же знаю, что любовь Кристиана омрачена проблемами ги-перопеки и контроля, хотя от этого люблю его не меньше.
Я совсем запыхалась. Одна песня плавно переходит в другую.
– Посидим? – выдыхаю я.
– Конечно. – Он уводит меня с танцпола.