50 оттенков серого читать онлайн

– Садись и ничего не трогай, – говорит он, залезая в вертолет следом за мной.

Дверь с шумом захлопывается. Хорошо еще, что со всех сторон площадки светят прожектора, иначе в маленькой кабине было бы ничего не видно. Я усаживаюсь на предназначенное для меня сиденье, и Кристиан наклоняется, чтобы закрепить на мне ремни. Это система с четырьмя точками крепления, застегивающаяся одной центральной пряжкой. Кристиан подтягивает верхние лямки. Он так близко, что наклонись я чуть вперед – уткнусь носом ему в волосы. От него чудесно пахнет свежестью и чистотой, но я намертво прикреплена к креслу и не могу пошевелиться. Кристиан глядит на меня и улыбается какой-то одному ему понятной шутке. Он так соблазнительно близко. Я задерживаю дыхание, пока он подтягивает верхние ремни.

– Ну, все, теперь ты не убежишь, – шепчет Кристиан, и его глаза обжигают. – Дыши, Анастейша, дыши. – Он ласково касается моей щеки, проводит длинным пальцем по подбородку и приподнимает его вверх. А потом, чуть наклонившись, запечатлевает у меня на губах краткий, целомудренный поцелуй, от которого у меня сводит все внутренности. – Мне нравятся ремни.

Что?

Кристиан садится рядом, пристегивается и начинает долгую процедуру предполетной проверки, уверенно ориентируясь в невообразимом скоплении циферблатов и индикаторов. Огоньки начинают подмигивать, и вся приборная панель озаряется светом.

– Надень наушники.

Я послушно выполняю приказание, и в это время лопасти начинают раскручиваться. Мне кажется, я вот-вот оглохну. Кристиан тоже надевает наушники, не переставая щелкать переключателями.

– Проверяю работу всех систем, – раздается в наушниках его голос.

Я улыбаюсь.

– Ты точно знаешь, что делаешь?

– Я уже четыре года как квалифицированный пилот, Анастейша. Со мной ты в безопасности. – Он хищно ухмыляется. – Ну, по крайней мере в воздухе, – добавляет он и подмигивает. Подмигивает… Кристиан!

– Готова?

Я киваю с широко раскрытыми от страха глазами.

– Хорошо. Вызываю диспетчерскую. Портленд, это Чарли Танго Гольф – Гольф-Отель, к взлету готов. Подтвердите прием.

– Чарли Танго Гольф, взлет разрешаю. Поднимитесь на тысячу четыреста, далее следуйте курсом ноль один ноль.

– Вас понял, диспетчерская. Взлетаю. Конец связи. Поехали, – добавляет Кристиан, обращаясь ко мне, и вертолет плавно поднимается в небо.

Портленд исчезает под нами, и мы устремляемся в воздушное пространство США, хотя мой желудок твердо намерен остаться в Орегоне. Вот это да! Яркие огни уменьшаются и уменьшаются, пока не превращаются в маленьких светлячков где-то далеко внизу. Будто смотришь на мир из аквариума. Мы поднимаемся все выше, и вот уже совсем ничего не видно. Вокруг темно, хоть глаз выколи, нет даже луны, чтобы осветить наш путь. Как он понимает, куда мы летим?

– Что, страшно? – раздается у меня в ушах голос Кристиана.

– Откуда ты знаешь, что мы летим правильно?

– Вот смотри. – Он тычет длинным указательным пальцем в один из приборов. Электронный компас. – Это «Еврокоптер» ЕС 135 – одна из самых безопасных машин в своем классе. Он оснащен специальным оборудованием для полетов в ночное время.

Кристиан смотрит на меня и улыбается.

– На крыше моего дома есть вертолетная площадка. Мы летим туда.

Разумеется, он живет в доме с вертолетной площадкой. Мы с ним словно с разных планет. Свет от панели озаряет его лицо. Кристиан сосредоточен и внимательно следит за показаниями приборов. Глядя из-под опущенных ресниц, я упиваюсь его чертами. Красивый профиль. Прямой нос, массивная челюсть… Я бы хотела провести по ней языком. Он не побрился, и поэтому перспектива вдвойне соблазнительна. Чувствовать его щетину под моими пальцами, языком, на коже…

– Когда летишь ночью, ничего не видно. Приходится ориентироваться по приборам, – вторгается в мои эротические фантазии его голос.

– А как долго нам лететь? – произношу я на одном дыхании. Я вовсе не думала о сексе, нет, нет и еще раз нет.

– Меньше часа, ветер попутный.

Ого! Меньше чем за час до Сиэтла… Неплохая скорость, понятно теперь, почему мы летим.

Меньше чем через час все откроется. Бабочки так и летают у меня в животе. Интересно, что он мне готовит?

– Как ты себя чувствуешь, Анастейша?

– Нормально. – Я отвечаю коротко и отрывисто.

По-моему, он улыбается, но в темноте не видно.

Кристиан снова щелкает тумблером.

– Портленд, это Чарли Танго, иду на тысяче четыреста, прием. – Он обменивается информацией с диспетчерской. Прямо как настоящий пилот. Мне кажется, мы покидаем зону контроля Портленда и входим в воздушное пространство Сиэтла. – Вас понял, конец связи.

– Смотри. – Кристиан указывает на маленький огонек далеко впереди. – Это Сиэтл.

– Ты всегда так производишь впечатление на женщин? Берешь их полетать с собой на вертолете? – Мне действительно интересно.

– Я никогда не брал с собой девушек, Анастейша. Это тоже в первый раз. – Его голос тих и серьезен.

Ох! Как неожиданно. Тоже в первый раз? А что еще? Спать вместе?

– А я произвел на тебя впечатление?

– Я просто трепещу, Кристиан.

Он улыбается.

– Трепещешь?

Я киваю.

– Ты такой… профессионал.

– Спасибо, мисс Стил, – отвечает Кристиан вежливо. Мне кажется, он польщен, но я не уверена.

Какое-то время мы летим молча. Яркая точка Сиэтла становится все больше.

– Сиэтл-Такома вызывает Чарли Танго Гольф. Следуйте установленным курсом к Эскала. Подтвердите. Прием.

– Говорит Чарли Танго. Вас понял, Сиэтл-Такома. Конец связи.

– Тебе это явно нравится, – замечаю я.

– Что именно? – В полусвете циферблатов я замечаю его вопросительный взгляд.

– Летать.

– Управление вертолетом требует самообладания и сосредоточенности. Конечно, мне это нравится. Хотя я больше люблю планеры.

– Планеры?

– Да. Планеры и вертолеты – я летаю на том и на другом.

– Ого.

Дорогие увлечения. Я помню, он говорил мне это на интервью. А я люблю читать и изредка хожу в кино. В авиации я не разбираюсь.

– Чарли Танго, можете заходить, конец связи, – прерывает мои мысли бесплотный голос диспетчера. Кристиан отвечает уверенно и спокойно.

Сиэтл приближается. Мы уже на окраине города. Зрелище совершенно потрясающе. Сиэтл ночью, с высоты…

– Впечатляет, правда? – произносит Кристиан.

Я одобрительно киваю. Город кажется нереальным… Я вижу его словно на большом экране, как в любимом фильме Хосе «Бегущий по лезвию». Я вспоминаю Хосе и его неудачную попытку поцеловать меня. Наверное, это чересчур жестоко, все же надо было ему позвонить. Ладно… Подождет до завтра.

– Через пару минут мы будем на месте, – небрежно роняет Кристиан, и внезапно кровь начинает стучать у меня в висках, сердце ускоряется, и адреналин течет по жилам. Он разговаривает с диспетчером, но я уже не вслушиваюсь. О господи… Я вот-вот потеряю сознание. Моя судьба в его руках.

Впереди показался небоскреб с вертолетной площадкой на крыше. На ней белыми буквами написано слово «Эскала». Она все ближе и ближе, больше и больше… как и мое волнение. Надеюсь, я не обману его ожидания. Он решит, что я его недостойна. Надо было слушаться Кейт и взять у нее какое-нибудь из ее платьев, но мне нравятся мои черные джинсы. Сверху на мне мятного цвета блузка и черный пиджак из гардероба Кейт. Вид вполне приличный. «Я справлюсь. Я справлюсь», – повторяю я как мантру, вцепившись в край сиденья.

Вертолет зависает, и Кристиан сажает его на площадку на крыше. Мое сердце выпрыгивает из груди. Я сама не понимаю, что со мной: нервное ожидание, облегчение от того, что мы добрались целыми и невредимыми, или боязнь неудачи. Он выключает мотор: лопасти постепенно замедляются, шум стихает, и вот уже не слышно ничего, кроме моего прерывистого дыхания. Кристиан снимает наушники с себя и с меня.

– Все, приехали, – говорит он негромко.

Половина его лица освещена ярким светом прожектора, другая половина – в глубокой тени. Темный рыцарь и белый рыцарь – подходящая метафора для Кристиана. Я чувствую, что он напряжен. Его челюсти сведены, глаза прикрыты. Он отстегивает сначала свои ремни, потом мои. Его лицо совсем рядом.

– Ты не должна делать того, что тебе не хочется. Ты понимаешь? – Кристиан говорит серьезно, даже отчаянно, серые глаза не выдают никаких чувств.

– Я никогда не стану делать что-то против своей Коли. – Я не совсем уверена в правдивости своих слов, питому что ради мужчины, который сейчас сидит рядом со мной, я готова на все. Но это сработало. Он поверил.

Окинув меня внимательным взглядом, Кристиан, грациозно, несмотря на свой высокий рост, подходит к двери, распахивает ее и, спрыгнув на землю, протягивает руку, чтобы я могла спуститься на площадку. Снаружи очень ветрено, и мне не по себе при мысли, что я стою на высоте тридцатого этажа и вокруг нет никакого барьера. Мой спутник обнимает меня за талию и крепко прижимает к себе.

– Идем, – командует Кристиан, перекрикивая шум ветра. Мы подходим к лифту, он набирает на панели код, и дверь открывается. Внутри тепло, стены сделаны из зеркального стекла. Всюду, куда ни посмотри, бесконечные отражения Кристиана, и самое приятное, что в зеркалах он бесконечно обнимает меня. Кристиан нажимает другую кнопку, двери закрываются, и лифт идет вниз.

Через пару секунд мы попадаем в абсолютно белое фойе, посередине которого стоит большой круглый стол черного дерева, а на нем – ваза с огромными белыми цветами. Все стены увешаны картинами. Кристиан открывает двойные двери, и белая тема продолжается по всей длине коридора до великолепной двухсветной залы. Гостиная. Огромная – это еще мягко сказано. Дальняя стена стеклянная и выходит на балкон.

Справа – диван в форме подковы, на котором легко разместятся десять человек. Перед ним современный камин из нержавеющей стали – а может, и платиновый, кто его знает. Огонь уже зажжен и ярко пылает. Справа, рядом с входом, – кухонная зона. Она вся белая, за исключением столешниц темного дерева и барной стойки человек на шесть.

Рядом с кухней, перед стеклянной стеной, – обеденный стол, вокруг которого расставлено шестнадцать стульев. А в углу комнаты сияющий черный рояль. Понятно… он еще на фортепиано играет. По стенам развешены картины всевозможных форм и размеров. Вообще-то квартира больше похожа на галерею, чем на дом.

– Снимешь пиджак? – спрашивает Кристиан.

Я мотаю головой. Мне все еще холодно после ветра на крыше.

– Пить будешь?

Я бросаю на него взгляд из-под опущенных ресниц. После той ночи? Он шутит? Мне приходит в голову мысль попросить Маргариту – но не хватает наглости.

– Я буду белое вино. Выпьешь со мной?

– Да, пожалуйста.

– Пюйи-фюме тебя устроит?

– Я плохо разбираюсь в винах, Кристиан, выбирай на свое усмотрение. – Я говорю тихо и неуверенно. Сердце колотится. Мне хочется сбежать. Это настоящее богатство. В духе Билла Гейтса. Что я здесь делаю? «А то ты не знаешь!» – фыркает мое подсознание. Конечно, знаю: я хочу оказаться в постели Кристиана Грея.

– Держи. – Он протягивает мне бокал с вином. Даже хрустальные бокалы говорят о богатстве – тяжелые, современного дизайна.

Я делаю глоток: вино легкое, свежее и изысканное.

– Ты молчишь и даже краснеть перестала. В самом деле, Анастейша, я никогда раньше не видел тебя такой бледной, – тихо говорит Кристиан. – Есть хочешь?

Я качаю головой. Хочу, но не есть.

– У тебя очень большая квартира.

– Большая?

– Большая.

– Да, большая, – соглашается он, и его глаза лучится.

– Ты играешь? – Я указываю подбородком на рояль.

– Да.

– Хорошо?

– Да.

– Ну конечно. А есть на свете что-то такое, чего ты не умеешь?

– Да… но немного. – Кристиан отпивает вино из бокала, не сводя с меня глаз. Я чувствую на себе его взгляд, когда осматриваю комнату. Впрочем, комнатой это не назовешь. Не комната, а жизненное кредо.

– Присядешь?

Я киваю; он берет меня за руки и отводит к белой кушетке. Внезапно мне приходит в голову, что я чувствую себя, словно Тэсс Дарбифилд, когда она смотрит на новый дом мерзавца Алека д’Эрбервилля. Эта мысль заставляет меня улыбнуться.

– Что смешного? – Кристиан садится рядом, опирается локтем на подушку и поворачивается ко мне лицом.

– Почему ты выбрал для меня именно «Тэсс из рода д’Эрбервиллей»? – спрашиваю я.

Он, похоже, удивлен вопросом.

– Ты говорила, что тебе нравится Томас Гарди.

– И это все? – Я не могу скрыть своего разочарования.

Кристиан поджимает губы.

– Мне показалось, что он подходит к случаю. Я могу боготворить тебя издалека, как Энжел Клэр, или совершенно унизить, как Алек д’Эрбервилль. – Серые глаза блестят опасно и недобро.

– Если у меня только две возможности, то я предпочту унижение, – шепчу я. Мое подсознание смотрит на меня в ужасе.

Кристиан судорожно вздыхает.

– Анастейша, прекрати кусать губу, пожалуйста. Это ужасно отвлекает. Ты не понимаешь, что говоришь.

– Поэтому-то я здесь.

– Согласен. Подожди минутку, хорошо? – Он скрывается в широком дверном проеме в дальнем конце комнаты и через пару минут возвращается, держа в руках какой-то документ. – Договор о неразглашении. – Кристиан пожимает плечами и, протягивая мне бумаги, тактично притворяется слегка смущенным. – На этом настаивает мой адвокат. – Я совершенно сбита с толку. – Если ты выбираешь второй вариант – унижение, то должна поставить подпись.

– А если я не захочу ничего подписывать?

– Тогда вариант Энжела Клера.

– И что означает этот договор?

– Что ты обязуешься никому о нас не рассказывать. Ни о чем, никому.

Я смотрю на него недоверчиво. Похоже, дело совсем плохо. Но меня уже разбирает любопытство.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17